– Не желаете покататься? – вдруг предложил он.

– Покататься? – озадачилась Лета.

– Полетать. Я алкест. С удовольствием покатал бы такую очаровательную молодую женщину.

Вроде бы простое предложение прозвучало до крайности двусмысленно – то ли из-за гримасы, то ли из-за тона, то ли вообще из-за его тихого вкрадчивого голоса. Но Лета едва сдержалась от желчной усмешки: теперь понятно, отчего они с Вольновым друг друга не выносят. Огонь и вода, где уж тут подружиться!

– Нет, благодарю, – ровным тоном отказалась она. – Я не настроена на полеты.

– Напрасно. Вид на город просто изумительный, особенно ночью! Неужели Вольнов вам не показывал? Ах да, он же без магии, – усмехнулся Остан, а Лете вдруг стало обидно за феникса.

– Да. Ценой которой спас несколько жизней, – ответила она. По-прежнему ровно.

– Как обычно. Это же Вольнов, – снова хмыкнул мужчина. – Легенда Разлома, куда деваться! А по мне – так просто везучий псих.

– Не вам его судить, – возразила Лета, опять ощущая жгучий стыд, что недавно бросалась в феникса теми же самыми словами.

Ощущать собственное сходство с нынешним собеседником было противно. Более того, внутри крепла и ширилась злость. В конце концов, как эти два заклятых товарища друг друга ругают – это их личное дело, а оскорблять соперника, за его счет пытаясь самоутвердиться перед женщиной – низко.

– Ну да, само совершенство, – брезгливо фыркнул Остан. – Однако вас он почему-то бросил.

– А у вас это любимое развлечение, да, – подбирать за ним?

– Ты… – нахмурился он недовольно, качнувшись вперед в раздражении…

И явно не ожидал, что женщина шагнет навстречу.

– Ну давай! Ударить хочешь? Не стесняйся!

– Ты с ума сошла? – растерянно отозвался Крылов и потянулся к ней: кажется, собираясь схватить за плечи. – Горская, ты…

– Не смей меня трогать! – Она всплеснула руками, не дослушав, и одновременно с этим отшвырнула его воздушной волной.

Но реакция у пограничника оказалась отличной – он не упал, просто отскочил, глядя на женщину с напряжением и беспокойством.

Непонятно, чем кончилась бы эта перепалка, но плечи Леты сжали другие руки, которые не вызвали протеста.

– Выдохни. Медленно, – проговорил Яр и сам выдохнул, показывая как. – Молодец. Теперь вдох, тоже медленно. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох… Легче? – Шумное дыхание несколько раз пощекотало ухо, и странная вспышка злости прошла так же быстро, как возникла, оставив Лету в полном недоумении и с непонятным распирающим чувством в груди.

– Что это… – пробормотала она растерянно.

– Вот говоришь, что я придурок, а сама? Ты когда последний раз силы тратила? От тебя только что искры не летят.

Лета, пока он говорил, растерянно таращилась на Крылова, который стоял перед ней напружиненный и готовый прыгнуть, – а потом до нее наконец дошло, и она нервно расхохоталась, закрыв ладонями лицо.

– Творец… Я дура! Доэкономилась… Простите, Остан, я…

– Да ладно, – отмахнулся тот, подобрал свой китель, отброшенный в сторону той же волной, встряхнул. – Присмотришь? – кивнул он на Лету.

– Присмотрю, – спокойно согласился феникс, и они остались вдвоем. – Как ты? – спросил он, развернул Лету к себе, продолжая придерживать за плечи.