Венди взглянула на серьезное лицо Розель и вздохнула.

– Ты не понимаешь! Никто этого не понимает. Если бы не я, моя мама была бы на свободе, а дети не были бы сейчас в приюте. В нашей жизни не произошло бы таких чудовищных перемен. Она никогда не убила бы его, никогда. Знаешь, она так сильно его боялась! Может, она попробовала бы развестись с ним. Или уехала бы куда нибудь вместе с нами. Но уж точно не убила бы его. Мама не способна на убийство.

– Мы все способны на убийство, дорогая, – произнесла Розель. – Мы все способны на убийство. Порой обстоятельства заставляют нас идти на самые крайние поступки.

Венди грустно вздохнула:

– Именно это я и пытаюсь сказать тебе, Розель. Моя мама не убивала отца – это я его убила!

– Ты – что?!

Венди облизнула губы и ответила медленно и внятно:

– Я убила своего отца. И неважно, что говорит мама. Это я убила его. Я!

Розель прижала ее к себе.

– Не нужно взваливать на себя всю вину. Ты не можешь изменить то, что уже произошло, так что слушай меня внимательно. Твоя мама сейчас в тюрьме, вдали от вас. Ей помогает держаться только одно: уверенность, что она поступила правильно, что она сделала это ради твоей безопасности. Ради безопасности вас всех. Где гарантия, что он не сделал бы то же самое с Аланой? Твоя задача обязательно выздороветь, поэтому постарайся выбросить всю ерунду из головы и ни о чем не думать. Твоя мама ждет амнистии, и я приложу все усилия, чтобы она ее получила. С сегодняшнего дня я беру штурвал в свои руки. Так что прекращай изводить себя!

Венди прижалась к Розель и заплакала.

– Что бы мы делали без тебя, Розель. Я так люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя, девочка!

Они обнялись, и Розель встала с кровати. Подняв с пола свою элегантную сумочку, она достала оттуда пачку сигарет.

– Открой окошко, мы с тобой немножко похулиганим. Как ты на это смотришь?

Глава 25

Колин был весьма удивлен, увидев в своем кабинете женщину, на которую только что обратил внимание на улице. Вот это фигура! Он понимал, что стоит и глупо улыбается, но ничего не мог с собой поделать. Келли, секретарша, работавшая у него по совместительству, бросила на него ироничный взгляд:

– Хватит пялиться, Колин. Лучше предложи даме чашку чая. – Она заговорщически улыбнулась Розель: – Не желаете чашечку чая?

Розель кивнула. Когда дверь за секретаршей закрылась, Колин попытался убрать со стула, стоявшего возле его рабочего стола, целую кипу бумаг. Однако его попытка успехом не увенчалась, – бумаги упали на пол. Розель наклонилась и подняла их, обнажив на мгновение ложбинку между упругих полных грудей. Колин покраснел. Выпрямившись, гостья посмотрела на него и снисходительно улыбнулась:

– Вам следовало бы обзавестись подружкой, молодой человек.

Пылая как маков цвет, Колин наконец предложил Розель кресло.

– Итак, мисс… Чем могу быть вам полезен?

Розель снова улыбнулась. Ее слегка приоткрытый ротик был настолько сочным и чувственным, что у Колина закружилась голова от желания.

– Мистер Джексон, я – близкая подруга Сьюзен Далстон и намерена помочь ей, хочет она того или нет!

Колин слегка растерялся:

– В каком смысле?

– В том смысле, мистер Джексон, что я хочу помочь Сьюзен Далстон выбраться из тюрьмы. У меня достаточно средств, чтобы нанять ей лучших адвокатов. Я готова заплатить столько, сколько потребуется, чтобы она вернулась домой к своим детям, туда, где ей и место.

Колин с недоумением уставился на женщину. Он не мог понять, разыгрывают его или нет.

– А почему именно сейчас?

Розель пожала плечами:

– Какое это имеет значение? Я просто хочу, чтобы вы нашли мне самого лучшего адвоката, которого только можно найти за деньги.