— Джейн! — позвала меня Лавиния.

Я увидела ужас в ее глазах. Она тянулась ко мне, призывала меня, но я инстинктивно отпрянула.

— Помоги мне, Джейн! Я вся горю!

Одежда ее сделалась насквозь мокрой от пота.

В этот момент не только я, но и все окружающие отшатнулись от Лавинии.

— Потница! Смертельная потница! У нее потница! — неслось отовсюду. — Выбираемся отсюда! Уходим! Скорее!

Потница была бичом божьим Англии, внезапно обрушиваясь на наши города и собирая свою страшную дань. Она была даже хуже чумы, хотя навещала нас реже. Но уж если она приходила, то не успокаивалась, пока не оставляла за, собой горы трупов. Если человек заражался ею, он почти всегда умирал, и умирал в мученьях, пусть и очень быстро. «Здоров и бодр в обед, а к ужину в живых уж нет», — этот нелепый стишок мы выучили еще в детстве.

И вот сегодня потница проникла во дворец.

Повинуясь инстинкту, мы начали разбегаться в разные стороны, стремясь выбраться из дворца. Внезапно раздался голос короля:

— Где Фицрой? Увезти Фицроя на север! Скорей, скорей!

Почти не удостоив нас своим вниманием, Генрих пробежал мимо нас, вскочил на коня и ускакал во весь опор. Слуги, стражники, конюхи — все побежали кто куда. Телеги опрокидывались, испуганные лошади бились в упряжи и неистово ржали, пытаясь освободиться. Из разбитых бочек сыпалась мука, лилось пиво и тут же впитывалось в иссушенную землю. Цыплята с писком разбежались во все стороны, хлопая крыльями.

Со всех сторон доносились панические крики:

— Во дворце потница! Всем выйти!

Я увидела, как среди царившей кругом суеты двое мужчин грубо схватили Лавинию, силой усадили ее на коня и принялись стегать бедное животное до тех пор, пока его бока не покрылись кровью и он в ужасе не унесся в поля. Я быстро пошла в противоположную сторону к берегу реки, думая — или, вернее, пытаясь думать сквозь сковавший мой разум страх, — что смогу найти на реке лодочника, который увезет меня отсюда куда угодно. Только бы выбраться из этого проклятого Богом места и обмануть смерть!

Внезапно рядом со мной оказался Уилл.

— Хвала Всевышнему, я нашел тебя! — воскликнул он, хватая меня за плечи и заглядывая мне в глаза полным тревоги взглядом. — Тебе не жарко? Ты не вспотела?

Я покачала головой. Он крепко держал меня за запястья, а потом резко поднял вверх мои руки, не обращая внимания на тесные рукава моего платья. Потом он бесцеремонно разорвал материю, закрывавшую мне подмышки.

— Отлично! Никаких болячек! — радостно заявил он. У жертв потницы зачастую под мышками и паху появлялись болезненные нарывы.

— А ты, Уилл? Как ты себя чувствуешь?

— Со мной все в порядке. Ты была с Лавинией?

— Да. Мы должны были ехать все вместе: Лавиния, я, Энн и Бриджит. Но заболела только Лавиния.

— Будем надеяться, что вас эта хворь пощадит! Но нужно принять меры предосторожности… Послушай меня, Джейн, — проговорил он самым серьезным тоном, встряхнув меня за плечи, — опасность подстерегает повсюду! Ты должна вернуться обратно во дворец.

— Но ведь там потница!

Уилл покачал головой:

— Ступай прямо в покои королевы, запрись с ней в ее спальне, закрой на запоры и засовы все двери, опусти ставни. И никого не впускай! Ты поняла — никого!

Я покорно кивнула.

— И еще, — продолжал Уилл. — Пусть королева распорядится, чтобы во дворец не было доступа тем, у кого на лбу выступила испарина, у кого одежда стала влажной от пота и кто выказывает хоть малейшие признаки слабости. В дворцовых кладовых остались припасы.