— Джорджи, посторонних в «Крокфордс» не пускают. Нужно состоять в клубе, чтобы туда войти.

— Что-нибудь придумаю. Скажу, будто у меня там назначена встреча. Главное — нарядиться так, чтобы меня не узнали. Пожалуйста, Белинда! Кто-то должен это сделать, а на мою невестку надежды нет.

Белинда со вздохом оторвалась от блокнота и встала.

— Что ж, я уверена, затея твоя обречена на провал, но постараюсь подыскать подходящий наряд.

Она повела меня наверх, где мы примерили несколько платьев и наконец, остановились на длинном, черном, облегающем, с пелериной в алых рюшах.

— Если спросят, кто это сшил, можешь вручить им мою визитку.

Затем Белинда подобрала черную шапочку с перьями, чтобы спрятать под нее мои неукротимые кудри, и указала на туалетный столик, заставленный косметикой. Мы хорошенько поработали за ним, и результат получился потрясающий. Из зеркала на меня смотрела обольстительная молодая женщина с ярко-красными губами и длинными черными ресницами. В таком обличье меня ведь никто не узнает?

Вечера я дождалась у Белинды дома, предоставив Хилли самой заботиться об ужине, а в девять вечера села в такси и покатила в «Крокфордс», расплатившись деньгами, заработанными тяжким трудом. Когда я направлялась к двери, ноги у меня подгибались от страха, хотя, возможно, отчасти и потому, что я надела туфли Белинды на высоких каблуках, которые ко всему прочему были мне великоваты.

«Крокфордс», один из старейших и самых шикарных игорных клубов в Лондоне, располагался на Сент-Джеймс-стрит, в двух шагах от «Брукса». Когда я подъехала на такси, то увидела, как шоферы почтительно помогают другим гостям выйти из «роллс-ройсов» и «бентли». Гости весело здоровались друг с другом, проходя внутрь мимо швейцара в ливрее. Мне пройти не удалось.

— Чем могу быть полезен, мисс? — сказал швейцар, преграждая мне путь.

— У меня здесь назначена встреча с кузеном, но я что-то его не вижу, — я притворилась, будто оглядываюсь. — Назначили на девять, а уже десятый час. Как думаете, мог ли он войти внутрь без меня?

— Кто ваш кузен, мисс?

Разумеется, называть имя кого-то из моих подлинных родственников было нельзя.

— Роланд Астон-Поли, — выпалила я, похвалив себя за смекалку. По крайней мере, про Рольку-Польку я точно знала — он в Италии, у него медовый месяц.

— Мне кажется, мистера Астон-Поли я сегодня вечером здесь не видел, — сказал швейцар, — но, если вы пройдете внутрь, я попрошу кого-то из джентльменов присмотреть за вами.

Он провел меня в величественный вестибюль. За аркой моим глазам предстала роскошная, изысканная картина — в залах сверкали канделябры и бриллианты, постукивали игральные фишки, стрекотала рулетка, звенели возбужденные голоса, раздавались взрывы смеха и аплодисменты. На миг я пожалела, что сама не из тех, у кого есть средства постоянно посещать подобные заведения. Потом напомнила себе: мой отец был из таких, а чем он кончил? Застрелился.

К нам подошел смуглый человечек в смокинге. Они с швейцаром завели приглушенный разговор. Человечек то и дело поглядывал в мою сторону, и его взгляды мне совсем не понравились.

— Мистер Астон-Поли, вы сказали? — человечек оглядел зал. — Кажется, он еще не прибыл, мисс?… — Он ждал, пока я назовусь, но я промолчала. — Если соблаговолите сесть, я пойду поищу его.

Я уселась на раззолоченный стул, обитый атласом. Швейцар вернулся на свой пост в дверях. Прибывали все новые и новые посетители. Я наблюдала, как они расписываются в членской клубной книге. Улучив мгновение, когда меня никто не видел, я торопливо метнулась к его столу и принялась листать страницы книги.