— Кроме того, я слыхала, что сейчас в «Кларидже» стали очень скверно кормить, — добавила я на всякий случай, чтобы Бинки не решил пообедать в отеле без меня.

— Что ты говоришь? Мне-то всегда казалось, что «Кларидж» лучший из лучших, — отозвался брат. — Что ж, пообедаю в клубе — сэкономлю деньги. Где мне тебя искать, Джорджи? И, как по-твоему, сколько мне еще торчать в Лондоне? Житье в клубе обходится очень дорого, между прочим. Весь этот виски с содовой…

— Спроси в полиции, когда можно будет уехать домой, — посоветовала я. — А насчет меня… думаю, я переберусь обратно в дом. Утром я туда наведалась, полиции уже нет. Трупа тоже.

— Чертовски храбро с твоей стороны, старушенция. Я бы не смог. К тому же у нас в клубе так уютно и такая заботливая прислуга…

На этом мы и расстались: Бинки сел в такси и укатил, а я спустилась в метро на станцию «Холборн». Проехала одну остановку, сделала пересадку на Тоттенхэм-Корт-роуд. Наверное, можно было бы прогуляться по Стрэнду до «Клариджа» пешком, но пошел дождь, а мне не хотелось появиться в гостинице мокрой как мышь.

В своей жизни я так редко ездила в метро, что едва не заблудилась — все эти коридоры, эскалаторы и переходы с линии на линию повергли меня в замешательство. На Тоттенхэм-Корт-роуд было столпотворение, пассажиры сновали туда-сюда. Казалось, все ужасно торопятся. Я спустилась на эскалаторе и перешла на Северную линию — справа все время проталкивались пассажиры, то и дело пихая меня. Наконец я нашла нужную платформу и встала там в ожидании поезда. Публика все прибывала, сзади на меня напирала толпа. Наконец издалека донесся глухой грохот приближавшегося поезда. Из тоннеля вылетел порыв ветра. Едва показался сам поезд, как меня вдруг что-то резко толкнуло в спину, я потеряла равновесие и чуть не упала на рельсы, которые были, между прочим, под электрическим током. Все случилось так быстро, что я и вскрикнуть не успела. Крепкие ручищи ухватили меня и оттащили подальше от края платформы. Поезд с грохотом промчался мимо.

— Уф, и напугали же, мисс, — сказал рослый рабочий, отпуская меня. — Я уж думал — все, конец вам.

Он даже позеленел от испуга.

— И я так подумала! — сказала я. — Меня кто-то толкнул.

Я огляделась. Толпа вливалась в двери поезда, будто нас и не было.

— Да, тут всегда торопятся, диво еще, что несчастных случаев так мало, — сказал мой новый друг. — Народу в Лондоне много стало, вот в чем беда. У кого автомобили есть — тем накладно стало бензин покупать, они тоже в метро и ездят.

— Вы спасли мне жизнь. Очень вам признательна, — сказала я.

— Не за что, мисс. Только зря вы на самом краешке-то стояли, опасно это, — заметил мой спаситель. — Если кто-нибудь за спиной спотыкнется или мимо протолкнется, и поминай как звали, прямиком под поезд угодите.

— Вы правы, — ответила я. — Впредь буду осторожнее.

Я благополучно добралась до отеля, в кои-то веки радуясь, что Белинда не стала свидетельницей происшествия. Уж она отчитала бы меня за неуклюжесть. Только вот на этот раз моя неуклюжесть была ни при чем. Я просто очутилась не в том месте не в то время.

Когда я переодевалась в дамской уборной станции «Чаринг-кросс», руки у меня все еще тряслись. Но подойдя уже в обличье горничной к «Клариджу», я успела успокоиться. Униформу скрывал плащ, потому что, на мое счастье, пошел дождь. У входа в отель маячила знакомая фигура. Это был дедушка.

— Привет, мышка. Как ты, молодцом?

— Все хорошо, — ответила я, — не считая того, что в метро меня едва не столкнули под поезд.