Картинка сменилась, и на фоне динамичного черно-белого коллажа из документальных кадров, снятых в разное время на месте преступлений, под гремящие аккорды тяжелого рока быстро побежали снизу вверх огненные титры…

 Поставив стакан с коньяком на полированный столик из красного дерева и взяв в руку пульт дистанционного управления, Алтаец ткнул первую попавшуюся кнопку. На экране метрового формата «Сони», под дикий истерический хохот за кадром, появилась ухмыляющаяся рожа английского комика Бенни Хилла в дурацком шутовском колпаке с кисточкой. Во рту престарелого голубого торчала огромных размеров детская соска, по форме напоминающая некую известную часть тела.

 Презрительно скривив губы, авторитет нажал на другую кнопку и бросил пульт на заставленный едой и бутылками столик. Экран погас.

 – Пока все происходит именно так, как я и предполагал, – посмотрев на сидящую с ним рядом, на подлокотнике кресла, Лану, сказал Алтаец. – Журналиста уже круглосуточно ведут, гость наверняка заявится в ближайшие часы. Тогда я лично выпущу из него кишки.

 – Ты у меня просто ясновидящий, папочка! – поцеловав авторитета в ухо и положив игривую ладошку ему на пах, вкрадчивым бархатным голоском отозвалась телохранительница.

 – Ты уверена, что возле дома тебя никто не видел? – заметно посерьезнев, в который раз за прошедший после акции день уточнил Алтаец, беря Лану за руку и отводя ее в сторону. – Все-таки зря я согласился и дал тебе возможность вальнуть родственничков этого жирного мудака Вишни. Предчувствие у меня дрянное, понимаешь ты?!

 Он задумчиво взглянул на девчонку. Но Лана, как всегда, была совершенно спокойна. Лишь слегка повела плечами – дескать, нашел из-за чего пере-живать!

 Как уже успел заметить Алтаец, Лану в этом мире интересовали лишь две вещи – секс и адреналин. И чтобы пополнить концентрацию в крови последнего компонента, она с легкостью шла на любое преступление.

 Поначалу Алтаец, вдруг встретивший столь редкий, сочетающий в себе молодость, красоту, темперамент и бесстрашие, экземпляр, был от тайного телохранителя и любовницы просто в восторге. Лана напоминала ему себя самого десять лет назад, но только в женском обличье. От общения с ней Алтаец просто сходил с ума, уже через несколько недель не представляя дальнейшей жизни без этой девчонки.

 Сейчас же, по прошествии времени, он начинал понимать, что на самом деле играет с огнем. И мысленно поражался себе, вопреки правилам разрешившему своей телохранительнице лично убивать его врагов. Алтаец все отчетливей чувствовал, как от общения с этой уникальной девицей у него медленно, но планомерно съезжает крыша.

 – Начиная с сегодняшнего дня стрелять будешь только в тире. И без обид, о'кей? – серьезно посмотрев на Лану, жестко сообщил авторитет. – Пойми, глупая, я не хочу тебя терять! Больше никаких жмуриков, если на то не будет жизненной необходимости!

 – Жаль, – обиженно, как ребенок, надула фиолетовые губки Лана. – Может, еще хотя бы разочек, а?..

 – Я сказал – нет! И закончим на этом, – сердито перебил Алтаец. – Знаешь, я до сих пор ни разу не напоминал тебе о контракте, но, кажется, сейчас самое время это сделать.