– Я не собираюсь тебе ничего доказывать – мне плевать, что ты думаешь, – усмехнулся Ворон. – Возможно, когда-нибудь ты и узнаешь правду, но уже не от меня. А сейчас мне нужен ключ от сейфа. Запомни, солнце ясное, это твой последний шанс избежать участи дружка и сразу же после того, как я смогу убедиться в правдивости твоих слов, отправиться домой.

 – Да пропади ты пропадом, сволочь! – тихо прошипела Диана, пожирая Ворона яростным взглядом. – Ключ висит у него на шее, понятно?! – взорвалась она, переходя на визгливый крик. – Подавись им, засунь себе в задницу, сожри – делай все, что хочешь, а меня, гад, оставь в покое навсегда!

 В течение целой минуты танцовщица поливала «майора» самыми последними словами, мало думая о последствиях такого опрометчивого шага, находясь в обычной женской истерике, как известно, не поддающейся никакой логике.

 В порыве гнева она даже попыталась добраться покрытыми перламутровым лаком длинными ноготками до лица «Орлова», но хлесткая, дозированная пощечина быстро привела Диану в чувство, заметно охладив закипающую от обиды и беспомощности кровь.

 – Знаешь, несмотря ни на что, я тебе верю, – подождав, пока словоизлияния красотки ослабнут, спокойно сказал Ворон, мельком взглянув на автомобильные часы. – «Информбанк» открывается в девять, так что, возможно, через каких-то пять часов ты уже будешь дома, в мягкой кроватке.

 – Пош-шел ты! – огрызнулась Диана, снова отворачиваясь к окну. – Меценат херов!..

 Ворон нажал скрытую кнопку у своего сиденья и, подавшись вправо, толкнул разблокированную дверь со стороны пассажира.

 – Выходи. Можешь отправляться домой.

 – Что?! – Обернувшись, танцовщица внимательно разглядывала исчерченное ужасным раздвоенным шрамом лицо усатого «гэбэшника», пытаясь определить, в чем заключается подвох. – Ты меня отпускаешь?.. А Герман?!

 – Ты про того скота на заднем сиденье, который полчаса назад пытался тебя убить? – приподняв мастерски приклеенные фальшивые брови, спросил Ворон, презрительно кивнув на уже отчетливо мычащего и извивающегося под курткой Иванько.

 – Прощай, майор, – немного подумав, сказала Диана. – Я уверена, что два миллиона баксов принесут тебе и твоей жене спокойную, обеспеченную старость в домике у озера! Чао!..

 Звезда русского крутого стриптиза, взмахнув рукой, грациозно выпорхнула из машины, хлопнула дверью и, не оборачиваясь, медленно пошла, качая втиснутыми в черные лосины крутыми бедрами, вдоль реки к Зимнему дворцу.

 Стюардесса Жанна

 Жанна резко вскрикнула и испуганно обернулась, когда ей на плечо легла и тут же сильно сдавила ключицу чья-то тяжелая ладонь.

 – Одну минутку, гражданочка! – Двое молодых милиционеров в форме и с автоматами стояли позади стюардессы на тротуаре. – Пожалуйста, отпустите такси и пройдемте с нами в машину, – сержант с крючковатым орлиным носом и, словно вырубленным из гранита, волевым лицом кивнул на припаркованную чуть в стороне от «Пилигрима», на углу возле неработающего светофора, видавшую виды белую «пятерку» с заляпанными грязью номерами.

 – А в чем, собственно, дело? – удивленно и растерянно пробормотала Жанна, морщась от боли и инстинктивно пытаясь вырваться из стального захвата.

 Милиционер разжал пальцы, отпустив ее плечо, но тут же взял девушку за запястья и в мгновение ока защелкнул на них серебристые наручники.