Приговоры «Сослать на поселение» (другие варианты: «Сослать на житье»), по нормам тогдашнего права, имели расплывчатый, обобщенный характер и подразумевали переселение преступника в некую отдаленную местность: «В дальные городы», «В дальные сибирские городы», «Сослать в Сибирь на вечное житье в самые дал[ь]ние городы» (197, 254), причем из приговоров неясно, куда именно намеревались отправить и поселить ссыльного и чем он будет там заниматься. Думаю, что часто встречавшийся неопределенный приговор «Сослать в Сибирь без наказанья» или «Послать в Сибирь, в Тару, на вечное житье» означал ссылку не только на поселение, но и в службу, — об этом ясно говорят формулировки приговора: «На вечное житье в пашню» или «На житье и определить к делу» (8–1, 20). Ссылка «на вечное житье в пашню» (обычно в Сибирь), в отличие от ссылки с формулировкой: «Сослать в Сибирь и написать в службу» или «Определить к делу», резко понижала социальный статус служилого, который превращался в крестьянина. Так, в 1697 г. к ссылке в Баргузин «на вечное житье в пашню» приговорили московских стрельцов Никиту Корсакова и Тимофея Скорняка (212, 99).

По многим приговорам точное место ссылки и занятие преступника должны были определить губернские и воеводские власти. В приговоре 1721 г. по делу псаломщика Семена Иванова предписано сослать его в Сибирь и «велено ево написать в службу, в какую он будет приличен, по разсмотрению губернаторскому». Об учителе царевича Алексея Никифоре Вяземском в 1721 г. Петр распорядился: «Вяземского из-за караула свободить и определить ево из Сената у города Архангельского или в другом поморском городе к делу, к какому он будет достоин» (10, 120 об.). В 1736 г. канцелярист был приговорен к ссылке в Охотск «на житье вечно к определению там к надлежащей работе, какую может он понесть» (8–2, 128 об.). Муллу Батыршу в 1763 г. сослали в Нерчинск в работу «и велели там содержать в крепких кандалах», а И. Батурина — в Нерчинск, «где употребляя его в пристойные работы, пропитание дается получше других» (600, 130).

Во многих случаях ссылка рассматривалась как форма смягченного наказания, как государева милость: «И хотя он, князь Меншиков, за такия свои против Нашей императорской самодержавной власти продерзости и вредительные государству поступки по государственным правам довелся смертной казни, но понеже мы, яко христянский монарх, от смертной казни ево освободить повелели, а лиша ево честей и чинов, со всею ево фамилиею послан в Аренибурх и содержитца из крепости неисходны». Таков был приговор А.Д. Меншикову в 1727 г. (419, 95).

Приговоры «Сослать в службу», «Сослать в пашню» или «Сослать на житье («вечное», «до указу» или с указанием срока) считались более легкими, чем приговор «Сослать в Сибирь в тюрьму» (103-3, 384) или «Сослать в Сибирь на каторгу». Замена каторги ссылкой на житье («Вместо каторжной ссылки сослан в Сибирь на житье» — 8–1, 308 об.) считалась истинным благом.

В соответствии с правилом множественности наказания телесные и позорящие наказания сочетались с ссылкой и каторгой. Перед ссылкой преступника обычно наказывали кнутом, плетьми, вырезали ноздри (реже язык, уши), клеймили. Ссылка без телесного наказания в приговоре отмечалась особо: «Без наказания сослать в Сибирь же на вечное житье» (197, 254). Ссылка, как и тюрьма, служила (уже не позже начала XVII в.) заменой смертной казни: «В смерти место живот дать, а велел их сослать в Сибирь на житье» (538-5, 225).

Более того, в XVIII в. каторга, как тяжелейшая форма ссылки, становится высшей мерой наказания, особенно после фактической отмены смертной казни при Елизавете Петровне.