– Хорошо. Скажу ему, – отозвалась Арина, с облегчением вздыхая: если даже Сергей не придумает, что ему с информацией о времени и Вите делать, уже замечательно, что он будет знать об этом.

Они быстро прошли прихожую и, чуть не споткнувшись, замерли на пороге в комнату, где обычно спала Арина в отсутствие хозяина.

На диване сидел Сергей. И всё бы ничего, но, кажется, он настолько углубился в свои мысли, что пропустил их стук в дверь и вообще приход…

И своим видом выдал кое что, что до сих пор прятал от них.

Неизвестно, что почувствовал Костян, но Арина мгновенно испугалась: Сергей сидел на краю дивана, ссутулившись и сложив руки на коленях. Поза отчаяния и безысходности. И так захотелось подбежать к нему, сесть близко близко и взяться за его руку, чуть ли не обнимая. Лишь бы он не сидел так… горестно!.. Рядом, на диване же, валялся его смартфон. Кажется, он был поставлен на «тишину», а потому не играл привычную для девушки и мальчишки мелодию, а только периодически вспыхивал экранной заставкой, доказывая: кто то упрямо пытается дозвониться.

Первым не выдержал Костян. Он подбежал к Сергею и присел перед ним на корточках, заглядывая в лицо.

– Ну ты чего, Сергей? – испуганно спросил он. – Что то случилось?

Арина, поскольку Сергей не шелохнулся, села рядом с ним и взяла его смартфон. Звонивший мигал безымянным номером, и она вдруг поняла, что произошло.

– Костян, сядь, – ровно сказала она, а когда взволнованный мальчишка послушался и сел с другой стороны от Сергея, она спросила: – Серёжа, этот вот звонит – который сегодня по счёту?

Костян округлил глаза на этот вопрос, но, поняв, о чём она, тоже безнадёжно опустил плечи. А Сергей, не поднимая головы, ответил:

– Девятый или десятый.

Она представила себе громадный город – чисто графически: вот дом, в нём – тетрадные клеточки квартиры. И там, где поселяется дымчара, тетрадная клеточка темнеет. И с каждым следующим днём клеточки темнеют в геометрической прогрессии… Что вообще происходит? Раньше Арина не задумывалась, но теперь, абстрактно размышляя, неожиданно удивилась. И поэтому задала вопрос, о котором раньше и не думала. Да и, честно говоря, побоялась бы спросить о таком. Но сейчас Сергей в таком состоянии, что, возможно, этот вопрос расшевелит его.

– Сергей, а ты знаешь, почему… почему они выгоняют людей из домов? Почему им надо занимать именно такие места, где живут люди? Нет, я понимаю – люди уходят из квартир и выживают. Но ведь дымчара продолжает гнездиться или развиваться в этих домах – без людей!

– А правда! – оживился ошарашенный Костян. – Почему они лезут в дома, а не растут где нибудь на газонах, где их всё равно никто не видит? Ты однажды сказал, что неплохо бы ответить на этот вопрос!

– А завтра, в это же время, их будет двенадцать или пятнадцать, – пробормотал Сергей, будто не услышав вопросов своих встревоженных помощников, и выпрямился, чтобы тут же безвольно привалиться к диванной спинке, слишком заметно усталый.

Арина сначала даже не поняла, о чём он. Как, видимо, и Костян. Но вот мальчишка внимательно посмотрел на Сергея и внезапно выдал:

– А вот если бы все их видели, с ними бы давно расправились.

– Что ты имеешь в виду? – равнодушно спросил Сергей, а потом вздохнул: – Вы, ребята, извините меня… за слабину. Что то я немного… устал, что ли?

«Или у тебя эта началась… как её – депрессия, – со страхом подумала Арина.