Зажгла вторую конфорку и стала греть ладони над прозрачным огнём. И только сейчас осмотрелась. Кухня как кухня. Большая. Посередине – круглый обеденный стол под пластиковой скатертью. Мебель, видимо, хозяева делали на заказ: тёмно серая, с жёлтыми рябиновыми гроздьями в зелёных листьях на всех поверхностях.

Все эти шкафчики Арине понравились. Но её взгляд прикипел к цветам. Их здесь было слишком много! На полках – среди сдвинутой посуды. Целая клумба – на подоконнике. И даже несколько горшков на рабочем кухонном столе. Некоторые растения зачахли, пожухли. Наверное, Сергею некогда, а хозяева не приходят, чтобы полить, – решила Арина. И на всякий случай потрогала почву в первом попавшемся под руку горшке. Время есть – можно и полить, а то жалко… Влажная – удивилась она. И неожиданно догадалась: все эти цветы хозяева вынесли из «заражённых» комнат, как только заметили, что в этих помещениях начинается не только головная боль…

Сморщившись от жалости, Арина снова посмотрела на цветы, которые сиротливо вяли после прикосновения к ним дымчар.

Появившиеся на пороге кухни Сергей и Костян с одобрением восприняли чайник на плите, пока Арина торопливо расставляла на столе чашки, еле удерживая их в продрогших руках. Рукава кофты она завязала в узел вокруг талии и, то и дело вздрагивая от озноба, ходила теперь в странном кимоно, словно подобранном с мусорки.

Никто не отказался от просто подогретого кипятка, хотя Сергей и предложил на будущее заваривать хотя бы пакетированный чай – и показал, где находятся коробки с ним. Кипяток пили – каждый как то целенаправленно. Арина – чтобы согреться. Сергей жадно пил, как будто давно не притрагивался к жидкости, как будто и не было недавнего кофе в пиццерии. А Костян прихлёбывал из чашки, глубоко задумавшись.

Сидеть за столом, прячась за чашкой с горячей водой, и смотреть на мальчишку и на парня было… увлекательно. Как только они дорвались до «чая», оба будто ушли в себя. Арина мельком поднимала глаза и всматривалась в каждого. Костян словно переваривал увиденное. И в этом перевариваемом был Сергей, потому что пацан время от времени зыркал на парня угрюмо и уважительно, а очень сильно задумавшись – ещё и опасливо.

Сергей сидел, машинально крутя быстро опустевшую чашку. Арина было встала и снова поднесла чайник, вопросительно кивнув парню, но тот покачал головой, и девушка вернула чайник на плиту. Сергей снова уткнулся глазами в стол, хмуря брови, как будто подзабыв, что сидит за столом не один. По его лицу трудно было что то прочитать. Одно Арина поняла точно: он сомневался. И она очень боялась, что сомнения Сергея касаются её и Костяна. Она попробовала размышлять с его точки зрения, стоит ли брать их двоих к себе в компанию, чтобы и дальше – не только показывать дымчар и то, какими они могут быть… И приходила к тревожному выводу, что брать их не стоит. Да, на взгляд парня, и она, и пацан – слишком «маленькие», а значит, во многом непредсказуемые на такой опасной работе. Сергею нужна уверенность в будущих напарниках. А у него нет уверенности даже в том, что «маленькие» будут слушаться его. А ещё… Что они могут делать именно против дымчар, проникших в квартиры?

Она покосилась на Костяна. Да, именно так: какая от них двоих польза, если честно подходить к их использованию? Если она, Арина, умеет делать обереги для людей, то для дымчар, заполонявших квартиры, её импровизированные обереги – как бабушка ни сказала бы: словно мёртвому припарки. А умение Костяна видеть так вообще оказалось… бесполезным: видит – и видит. А дальше что?.. Кажется, и пацан приходил к такому же выводу. Его губы чуть плаксиво изогнулись, а сам он вдруг начал прятать глаза, то и дело скашиваясь в сторону.

Наконец Сергей поднял голову.

– Вы понимаете, что это опасно?

– Да, – после секундной паузы ответила Арина за себя и за Костяна.