– Хорошо, – чопорно сказала она. – Во сколько и где встречаемся завтра?

– Давайте начнём с пиццерии? – предложил Сергей, пряча зевок ладонью. – Как сегодня. В девять. Согласны?

– Согласны, – серьёзно сказал Костян н и хмыкнул: – Только ты нам номер своего мобильного оставь. А то вдруг надо будет созвониться? Вдруг что нибудь серьёзное?

– У вас же есть! – удивился тот. – Газеты! Забыли?

– Э нет! – сказал мальчишка. – По этому номеру ты вряд ли всем подряд звонишь. Давай домашний – тот, которого в газете нет. У тебя ж в телефоне наверняка две «симки».

Сергей хмыкнул, но продиктовал личный номер. Арина с уважением взглянула на Костяна: она бы сама ни за что не догадалась!.. Они вместе вышли из дома. На остановке немного замешкались, потому что Арине и Костяну нужны разные троллейбусы, так что девушка, заметив, что Сергей чуть ли не каждую минуту зевает, отворачиваясь из вежливости, велела ему отправляться спать и не ждать их двоих. Он тут же сел в подкатившую маршрутку.

Костян, задумчиво глядя ему вслед, сказал:

– Знаешь, я в эту его ягодку поверил только сейчас, когда он… ну, спать сильно хочет. А тогда, когда он сказал… не, не поверил. Арин, а давай я с тобой поеду, на твоём троллейбусе? Мне потом только пару улиц пройти – и я дома. А так хоть поговорим немного. Ты – как? Насчёт поговорить?

– Очень даже за, – призналась девушка. – Смотри – наш троллейбус!

На этот раз в троллейбусе народу было больше, чем в утренние часы. Но Костян забил в самом конце салона местечко перед окном. Когда на остановках двери распахивались, они даже немного прятали двух пассажиров, которые смотрели на убегающую от них дорогу, не видя её, и которые вполголоса, но увлечённо вспоминали детали ритуала, успешно проведённого в жутковатой квартире. Обсудить пока не удавалось: решили запомнить, как всё проходило, а то вдруг случится, что надо будет повторить это действо без Сергея…

Арина замолчала, а Костян продолжал перечислять ингредиенты, послужившие для упрочения ведьмина круга, пока в гудении троллейбуса не расслышал шёпот девушки:

– Костян…

Он обернулся к ней, и, видимо, её вид потряс мальчишку, хотя она сама чувствовала лишь, что кровь отлила от кожи, и та похолодела.

– Арин, ты чё? Тебе плохо?!

Держась за поручень, на который они до сих пор опирались, девушка обернулась. Проследив за ней, Костян быстро развернулся и цепко оглядел пассажиров, благо с их места просматривался весь салон троллейбуса.

– С ними всё нормально, – встревоженно прошептал мальчишка. – Но на всякий случай… Хочешь, я добегу до водителя, посмотрю на него? До остановки есть время.

– До… беги! – выдохнула Арина. Она ощущала странности в своём состоянии: словно живот вздулся – и так крепко, что не давал дышать.

А вот когда Костян вернулся, на ходу отрицательно мотая головой («На водителе дымчар нет!»), она быстро повернулась к окну. Боль нарастала, и она поняла, что говорить сейчас не сможет. Но пришлось – когда испуганный Костян, заглянув ей в лицо и обнаружив, что она беззвучно плачет, задёргал её за руку:

– Арин, Арина! Что с тобой?

– На… следующей… выйду… – на выдохах сумела произнести девушка.

Костян промолчал, но, явно не сомневаясь в своих действиях и забрав у Арины все сумки, немедленно встал перед дверью выйти первым. Девушка дышала часто и прерывисто, вдыхая воздух мелкими глотками. Чуть двери троллейбуса открылись, она быстро вышла и сразу двинулась к остановочному навесу, мельком думая, что не доехали всего трёх остановок до дома.