– Посиди, пока реветь не перестанешь. Потом скажешь.

Она удивлённо поднесла пальцы к глазам. Да, лицо до сих пор мокнет от слёз.

Чтобы не терять время даром, Арина достала носовой платок, помахала им – в надежде, что тот немного просохнет, а потом промокнула лицо и несколько раз дотронулась до глаз, чтобы удостовериться, что плач прекратился. Лучшим болеутоляющим стали проносящиеся мимо машины: бездумно заглядевшись на них и машинально считая, сколько пролетает в обе стороны, Арина почти забыла о боли, хотя за ноющий живот вынужденно держалась. Разок мелькнуло сожаление: сколько мимо проезжает троллейбусов! Давно бы дома была! Легла бы на кровать и, скрючившись, пережидала, пока пройдёт боль!..

Внезапно Костян схватил её сумку и пакет, лежавшие между ними, а девушку за локоть и потащил её за собой, приговаривая:

– Давай быстрей!

Ни одного вопроса, изумлённая, задать не успела – увидела, как за маршруткой тормозит белая «лада», а из неё чуть не на ходу выбегает Сергей. Даже на ярком солнечном свету он был какой то тёмный – щетина отросла ещё больше, что ли…

Парень, ничего не говоря, подхватил Арину за другой локоть и вместе с Костяном повёл её к машине. И девушка с опозданием сообразила, что мальчишка за остановочный навес уходил не просто так, а позвонить Сергею. Это её встревожило. Стоил ли приезд Сергея того? Вон он какой – жутко усталый и так и не выспавшийся! Но, несмотря на видимую усталость, Сергей выглядел решительным и озабоченным. У дверцы «лады» он отодвинул от Арины Костяна и скомандовал ему:

– Обойди машину! Сядешь с другой стороны!

Через секунду дверца открылась, а девушка ахнула, когда Сергей резко поднял её на руки и осторожно усадил на кресло.

– Серый, помочь? – раздалось с места водителя.

– Нет, уже всё, – отозвался Сергей и захлопнул дверцу. Мгновенно очутился на переднем сиденье, рядом с водителем, и, полуобернувшись, попросил: – Костя, проследи за Ариной. Если почувствуешь что то не то – говори мне сразу. Всё, Никита, едем.

Машина мягко взяла с места и неплохо так помчалась по дороге, пока не доехала до перекрёстка. Здесь пришлось выждать: долгая пробка и плотный поток машин, который еле еле двигался, подсказывали, что где то впереди, возможно, авария. Но Арина не стала выискивать в окно, что там случилось. Боль измучила. Боком откинувшись на спинку, чуть согнувшись, она с благодарностью ощущала уют сиденья и с трудом сдерживала слёзы признательности Сергею, который и не упрекнул, и ни о чём не напомнил, хотя на его месте она бы точно проявила самодовольство, типа: «Я же предупреждала!»

И это её немного мучило: она никогда не думала о себе, как об особе, которая может вести себя вызывающе. Но при Сергее ей почему то постоянно хотелось ему дерзить и противоречить… Она даже задумалась: не оттого ли это, что раньше она одна была хранительницей жуткой тайны, а теперь, как выяснилось, есть человек, который тоже знает? Причём не только знает, но лучше в ней разбирается. Но ведь на Костяна она не злится за его причастность к этой тайне!

Ну и денёк… Сплошные тайны и ужасы…

– Я сейчас Карлсона изображать буду, – прошептал склонившийся к ней Костян. – Не реви! Не реви! Слышишь? Или совсем замёрзла? А руки опять тёплые… Арин, хочешь, я тебе свой оберег отдам – ну, на пока?

– Не надо ей ничего отдавать, – спокойно сказал Сергей, даже не повернув головы. – Сейчас приедем и во всём разберёмся. Потерпите немного. И скажите спасибо Никите, что сразу откликнулся на мой звонок, потому что ехал мне навстречу.

Водитель усмехнулся.