Костян не выдержал и бросился к двери.

– Беги с ним! – еле расслышала она крик Сергея. – В сад не выходить!

Вот тебе и три правила! Девушка, плача от боли, толкнула дверь и выскочила за неё вместе с мальчишкой. Вот тебе и любые обстоятельства! Они вдвоём захлопнули дверь, подпёрли её своими телами, чтобы чудище не выскочило следом, и уставились друг на друга обезумелыми глазами. Неизвестно, что думал Костян, убравший руки от ушей, но Арина ужаснулась: Сергей! Он остался один на один с дымчарой!.. Наверное, Костяну пришло в голову то же самое. Он быстро повернулся и снова вцепился в дверную ручку, уже чтобы открыть дверь. Быстро и часто дыша ртом, мальчишка выговорил:

– Орать он перестал! Заходим!

И она согласилась, что Костян прав: Сергея одного оставлять нельзя.

Глава 8

Но когда мальчишка вцепился в дверную ручку, чтобы вернуться в холл, она спохватилась: чем?! Чем они могу помочь Сергею?! И при себе ничего! Никакой палки даже! Крикнула Костяну:

– Подожди!

Выскочила из тамбура во двор, огляделась. Ага! И, не раздумывая слишком долго, вцепилась в черенок лопаты, прислонённой к стене дома, рядом с входной дверью.

И, лишь снова заскочив в тамбур, она изумлённо подумала: «Глупость какая!.. Зачем мне лопата?!»

На пороге в холл поняла – зачем. Отвлечь. Это единственное, чем сельскохозяйственное орудие может быть полезно в этой ситуации. И, вбегая в помещение – в новый лютый вопль, бьющий по ушам, вбегая как в ненормальный, дробно бьющий по ушам камнепад, Арина, не раздумывая, на ходу и от плеча швырнула лопату, словно копьё, металлической частью вперёд, благо полотно заострялось конечным треугольником.

Она не видела ничего: ни где находится Сергей (ничего! Главное – его впереди, перед лопатой, нет!), ни что делает дымчара… Просто швырнула своё безумное в данной ситуации оружие в то, что верещанием смешивало её мозги в кашу.

Лопата врезалась в ствол дымчары и грохнулась у его основания, сначала черенком упёршись в пол, а затем чуть съехав металлическим полотном по стволу дымчары.

Оба: и девушка, и мальчишка, стоявший в двух шагах от неё, – оцепенели от мгновенной тишины. Секунда, другая… «Листья» дымчары медленно поднялись и повернулись к ним – распяленными лапами, окаймлёнными острыми зубчиками, словно маленькими, но опасными когтями (не эти ли зубчики Костян когда то посчитал за зубы?!). По корням, вздыбившимся вокруг чудовища, пробежала дрожь.

Арина не знала, понимает ли Костян, что происходит, но неожиданно для себя она то полностью сознавала всё, что делал или даже думал дымчара. Чудище, внутренне оскалившись на них двоих, со свирепым изумлением… негодовало. В нём постепенно росла ярость: какие то мелкие зверушки решили, что против него сойдёт такое примитивное оружие?!

Неизвестно, как долго обозлённый дымчара собирался накапливать злость, прежде чем она бы прорвалась, но Костян внезапно сорвался с места и бросился по недавнему пути Сергея. Быстро скосившись на стену, на «дорогу» двоих, загромождённую сломанной мебелью, стеклянными осколками и рухнувшей штукатуркой, растерянная Арина снова уставилась на дымчару, чтобы он чувствовал хотя бы её упорный взгляд и не отвлекался на то, что собирается делать мальчишка.

Более того… Девушка, не спуская глаз с чудовища, присела на корточки и, нагнувшись в сторону, подтащила к себе сумку. Внутри, кроме вязания и всякой мелочи, нашарила бутылочку с клеем ПВА, ножницы и складной нож.