– Не за что, – ответила она, взлетела в воздух и поплыла вдоль коры к Уилеру, вынырнувшему из‑за Нароста.

– А он не маленький, – крикнул Уилер, – Бус Сержент, ты добыл себе целое состояние.

– Во всяком случае, это покроет мои убытки. Прежде всего я заново отстрою «Бревноносец».

– Да… Что ж, я видел достаточно. Восемь тысяч тонн или около того. А эти надпилы на металле…

– Мы отпилили несколько пластин, чтобы сделать поддержку для углей. Получилось лучше, чем я ожидал. Хорошая замена проволоке, да и пила ничуть не пострадала.

Уилер удовлетворенно кивнул:

– Вас подкинуть на корабль?

– Нет, надо как‑нибудь прикрыть Нарост, прежде чем мы доберемся до Рынка.

– Думаю, тебе не стоит беспокоиться. Как такое украдешь? Ведь его даже с места не сдвинуть!

– А пилы… Хотя, может, вы и правы.

«Гиросокол» выпустил струю пара и направился в глубины Сгустка. На его носу что‑то замерцало.

– Вызывает базу, – пояснил Бус. – При помощи зеркал они могут направить свет Воя на любое расстояние.

– А в чем дело? – спросил Клэйв.

– Уилер считает, что я отпилил не только те пластины для коробки, но еще и припрятал какую‑то часть. Он будет следить, не продам ли я ее на черном рынке. Он прямо сейчас мог бы купить Нарост, но думает, что, если немного выждет, я предложу ему более выгодную цену. Через несколько дней после того, как мы войдем в док, я получу предложение. Цена будет мизерной, поэтому я немного подниму ее, а потом отдам сразу весь Нарост, чтобы больше не возиться с этим металлом.

– А что нам делать сейчас, Бус? Джеффер, наверно, там с ума сходит, почему мы не отзываемся.

– За нами все еще следят.

«Гиросокол» к этому времени превратился в крошечную точку. Его паровой шлейф разносило ветром.

– Они все еще видят нас? – спросил Клэйв. – У них что, есть что‑то вроде окон ГРУМа?

– У них есть специальная коробочка, которую они прижимают к глазам. Клэйв, надо придумать, как замаскировать этот огромный кусок металла.

Все члены команды «Бревноносца» столпились вокруг Нароста, рассматривая его со всех углов так, будто действительно существовал какой‑нибудь способ спрятать эту чудовищную болванку посреди голого дерева. Солнце миновало зенит и скатилось к северу от Воя.

Наконец Дебби сказала:

– Бус, ты повидал куда больше деревьев, чем любой из нас. Какая штука может оставить на дереве такой вот след?

– Ну, что‑то врезалось в ствол… Может, камень, не обязательно металл. Я уже встречался с такими дырами, внутри которых ничего не было, просто искореженная древесина, заросшая корой. Я до сих пор не знаю, что это могло быть.

– Лед? – в раздумье проговорила Дебби.

На лице Буса появилось… дурацкое выражение? Рот широко распахнулся, глаза забегали.

– Хм. Да! – воскликнул он. – В дерево мог врезаться кусок льда, а потом растаять.

– Все равно, нам от этого не легче. Что еще может быть? Какая‑нибудь болезнь? Может, чье‑нибудь гнездо? Или жучки какие вдруг начали грызть только в одном месте…

– Конечно, в дерево могла врезаться медовица, и тогда бы жучки выгрызли на этом месте огромную дыру… Сейчас, сейчас, Дебби, дай‑ка подумать. – Лицо его снова поглупело – он думал. – Мы можем устроить это. Еще целых двадцать дней до Рынка. Отлично. Нам понадобятся рыбные джунгли с термитами, и надо сделать вид, будто мы потерпели крушение, хотя нам его и делать не надо.