На некоторое время воцарилась тишина. И легкий плеск реки.

    -  И он... Он выиграл у Джея? - тихо спросила Цинь.

    -  «Цель Испытания - не выигрыш, а Превращение», - спокойно процитировал Проводник слова, которых никто ему не говорил раньше.

    Никто из тех, кто обменивался сейчас короткими, вполголоса фразами на плоту.

    -  Он участвовал в Испытании? И Джей его... превратил? - снова спросила Цинь.

    -  Да. - Проводник опустил руку с борта и чуть коснулся поверхности воды. - Превратил. Сделал тем, кто был нужен Джею. А Трем Народам просто не повезло. Он оказался слишком хитрым и слишком жестоким. Ко всем вокруг себя и к себе самому. Он прервал Испытание и сломал свой Жребий.

    -  Жребий? - Кайл недоуменно посмотрел на Проводника. - Вы имеете в виду - Судьбу?

    Тихо, но звонко всхлипнула вода за бортом - словно в ответ на улыбку Проводника, еле угадывающуюся в темноте.

    -  Не совсем так. Джей дарит тем, кого бросает в Испытание, Жребий. Они бывают разными. У вас это - Ларец. А у Стрелка был Посох. Посох, который дал ему власть над Тремя Народами и умение становиться Демоном. А когда он этот Посох сломал, Джей отнял у него душу. Оставил власть, оставил колдовское умение, но душу отнял. Сейчас власть Стрелка простерлась и над вашим другом. Я не знаю почему. Но есть поверие. Оно - от тех рун на стенах горных храмов. Тот, кто победит Стрелка, тот вернет ему душу. Но он останется Демоном.

    -  Гос-с-споди... - негромко воскликнул Кайл. - Слепые... Мы - слепые. И судьба наша - шагать по граблям! Правильно говорила Марика. Какого черта вы молчали про Посох все это время?

    -  О чем это вы? - Цинь вскинула на него удивленный взгляд.

    -  О тексте! О надписи, которую хотел передать нам Павел тогда - при контакте. Она про Посох! Про Проклятие Посоха, черт меня побери!!! Я - дурак, подумал тогда, что все это, весь этот текст, только для того, чтобы мы узнали храм, определили место. А когда вы, - он кивнул на Проводника, - сегодня заговорили про Стрелка... Про Случайного Стрелка... Так меня как громом поразило! А теперь - еще и Посох!

    Кайл подтянул к себе один из сваленных под брезентом рюкзаков и, порывшись в нем, извлек пластиковый здоровенный пенал - типа тех, редко встречающихся в повседневной жизни штуковин, в которых иногда таскают с места на место свернутые в трубку распечатки карт, чертежей и тому подобного, почему-либо не отсканированных, не загнанных в память компьютера, а потому не подходящих для передачи на расстояние ни одним из нормальных, человеческих способов. Кайл, подсвечивая себе фонариком, принялся разворачивать на коленях содержимое пенала. В пенале, как и положено, свернутыми в трубку лежали оттиски текстов со стен Горного храма.

    -  Это - копии кое-каких материалов экспедиции Бродкастера. Вот этот лист - это именно тот текст, который хотел закинуть нам Павел. Он... По всей видимости, контакт был для него полной неожиданностью. Он не до конца понимал, что происходит, и сделал первое, что пришло в голову. Он, должно быть, придавал ему очень большое значение - считал ключом к своему освобождению.

    -  Я до сих пор ломаю голову, - вздохнул Том, осторожно разглаживая лист. - Почему, черт возьми, он не стал писать перевод, а начал царапать на стене древние руны?

    -  Это... - Кайл запнулся. - Понимаешь, это - профессиональное. Мы - специалисты по текстам Сгинувших Империй - всегда держим в уме, что каждый смысловой блок таких вот текстов имеет в среднем этак с дюжину трактовок, и просто не можем себе позволить держать в уме один какой-то вариант.