— Капитан, можно уничтожить этих разведчиков. Госпожа Бармина-Ала-Аруфа с этим легко справиться.

— О-о, — оживился тот, — это же замечательно! Я и не смел о подобном вас просить с госпожой магом.

Сплошной шовинизм у местных. Уже в который раз я слышу «маг», хотя сам постоянно говорю в их присутствии «магесса». Нет у них женского эпитета в отношении одаренных, маг и точка.

— Бармина, местные не против. Только постарайся всё сделать тихо?

— Конечно, милый, — улыбнулась она и потрепала меня по щеке, а потом на миг задумавшись, чмокнула в губы. — Спасибо, Вик.

Когда она скрылась среди деревьев, капитан подмигнул:

— У вас отличные отношения с мисс Барминой, как я посмотрю. Невеста ваша?

— Да, невеста, — кивнул я.

«Ух ты, в самом деле? — раздался голосок джиннии прямо у меня в голове. — А когда помолвка состоялась? Где моё колечко?».

— Уже помолвлены несколько месяцев, — сказал я и показал драгуну кольцо, которое выбрала джинния в самом начале нашего знакомства.

«Вспомнила колечко?», — мысленно спросил я девушку после этого.

«Скучный ты».

Не прошло и пары минут, как из леса раздались приглушённые расстоянием крики ужаса и гул, словно, кто-то впереди включил гигантскую газовую горелку.

В полукилометре от нас в небо взметнулся огромный столб красно-рыжего пламени, оставив после себя целое облако чёрного дыма и хлопьев пепла, который даже с такого расстояния можно было легко рассмотреть. По нашей связи с джиннией прошла волна удовлетворения. Всё-таки, Бармина — та ещё маньячка, воспитание у неё специфичное, не для цивилизации, где гуманизм стараются (хотя бы на словах) ставить на первоочередное место.

Возвратившаяся девушка выглядела кошкой, которая объелась сметаны и вволю погрелась на солнышке.

— Два десятка их там пряталось, у половины при себе имелись ружья, остальные с луками, — с ленцой сообщила она.

— Благодарю за помощь, госпожа, — изобразил поклон прямо в седле главный драгун. — Вы только что спасли несколько жизней моих солдат.

Девушка в ответ даже не повернула голову в его сторону. Впрочем, я не заметил, чтобы Алан сильно расстроился от такого невнимания. То ли, уже понял, кто ему достался в попутчики, то ли, все маги в этом мире с похожими заскоками и чувством гипертрофированного самомнения, и драгун ничуть не удивлён реакцией джиннии.

До темноты нагнать отряд индейцев мы так и не сумели, и когда уже стало так темно, что рисковали лошади и люди переломать себе ноги, главный драгун приказал остановиться. Привычные к походам и погоням солдаты чуть ли не с олимпийской скоростью поставили палатки (всего несколько штук для командиров и нам с джиннией), расседлали лошадей, зажгли костры и приготовили поздний ужин. По периметру гуляли караулы.

Несмотря на охрану солдат, я опросил свою спутницу установить магического часового для нашей палатки. Всё-таки у меня в голове имелось немало мусора, от которого даже после столкновения с реальностью у меня никак не удавалось избавиться. Один из таких мусорных пакетов — сказки о неуловимых и невидимых индейских разведчиков, которые могли подкрасться к палатке командира в центре лагеря и снять у того скальп, после чего так же незаметно удалиться.

Алан поднял лагерь очень рано, едва только солнышко окрасило алой полоской горизонт. Из-за плотного тумана, окружившего лагерь стеной, видимость была крайне мала, и мы продолжили преследование индейцев только через полтора часа, когда туман заметно поредел.

Бармина, которой такая ранняя побудка сильно пришлась не по душе, досыпала в фургоне.