Наступил момент, когда Стивен впервые в жизни испытал «парализующий страх». Он стоял, не в силах пошевелиться, и представлял, что произойдет, если кожа Мари Ксавьер окажется настолько тонкой, что начнет расползаться под иглой, как надутый воздушный шарик.

Секунды шли. Стивен собрал все свое мужество — и воткнул иглу в иссиня-серую кожу. К его огромному облегчению, кожа осталось целой, а раствор в стакане начал активно пузыриться, когда через него пошел газ. На одно ужасное мгновение ему показалось, что жидкость выплеснется сейчас из стакана и газ начнет выходить прямо в воздух, но, пока он стоял, уставившись на содрогающийся стакан, скорость газового потока уменьшилась и вскоре жидкость перестала пузыриться.

Стивен извлек иглу, снова надел кольчужную перчатку и выбрал подходящий скальпель для первого разреза. Мысленно извинившись перед сестрой Мари, он вскрыл ее грудную клетку и принялся осторожно высвобождать сердце. Когда митральный клапан оказался в герметичном контейнере, Стивен крупными стежками зашил разрез и обильно полил все дезинфицирующим раствором, прежде чем закрыть мешок. С «молнией» были те же проблемы, что и при открывании, и он вспотел с головы до ног. Наконец мешок был полностью закрыт и Стивен смог обработать наружную поверхность дезраствором. Он сложил все использованные инструменты и приспособления в стальные герметичные контейнеры для последующей стерилизации в автоклаве и опрыскал дезинфицирующим средством все помещение.

Когда он вышел из лаборатории, его уже ждал один из людей Лаарсена. Стивен терпеливо ждал, пока тот обработает его костюм дезинфектантом. Когда помощник закончил, Стивен скинул капюшон и глубоко вдохнул ночной воздух. Неважно, что было холодно и сыро. Воздух показался ему невыразимо сладким.

— Как все прошло? — поинтересовался Лаарсен.

— Дело сделано, — ответил Стивен.

— Можно вернуть ее обратно? — спросил Джордан.

Стивен молча кивнул, не испытывая желания общаться. Адреналин весь закончился, и единственная мысль, оставшаяся у него в голове, была — написать Дженни. Он хотел сказать дочери, что скучает по ней и желает ей счастливого Рождества.

Глава 19

Когда Стивен вернулся в Манчестер, было четыре часа утра, но он сразу же сел за стол и написал дочери, как сильно скучает по ней и сожалеет, что не сможет быть с ней на День Рождества Христова. Он пообещал Дженни, что позвонит, чтобы узнать, какие подарки Санта принес ей и другим ребятишкам, а когда закончит работу, то проведет с ней много времени. А летом они вместе с Робином и Мэри построят на их любимом пляже в Сэндихиллсе самый большой замок из песка, который когда-либо видели, и окружат его широким рвом.

Веки налились невероятной тяжестью, но Стивен заставил себя проверить сообщения из «Сай-Мед» по электронной почте. Новость была одна — обнаружено два новых «джокера», один в Престоне и один в Эксетере. Оба имени были в списке Грега Аллана, и власти были готовы к встрече. Джон Макмиллан слал свои поздравления. К письму были прикреплены файлы с данными на двух новых пациентов. Стивен даже не удосужился открыть их. Он лег, закрыл глаза и провалился в глубокий сон.

Табличка «Не беспокоить» на двери номера сделала свое дело, и Стивен проспал до половины двенадцатого следующего дня. Он чувствовал себя так хорошо, как не чувствовал уже много дней, и полежал немного, размышляя о письме из «Сай-Мед» и, в частности, о поздравлениях Джона Макмиллана. Он до сих пор не выяснил, почему люди из списка Аллана были источником вспышки заболевания, но этот интерес становился академическим по сравнению с тем фактом, что заболевание теперь находится под контролем. «Джокеры» больше не были «джокерами». Власти точно знали, кто эти люди и где они живут, и новые случаи заболевания будут изолированы прежде, чем они заразят других людей.