— В общем, это не Марта?

Дождавшись, когда лакей закроет за собой дверь, он бросил журнал на стол и сел на кушетку, не забыв аккуратно расправить складки на своих темно-желтых брюках.

— Нет, — ответила Агнес. — Насколько я понимаю, это не серая мышка. Вовсе нет. Но никто о ней ничего не знает… кроме того, что есть еще и брат. Такой же очаровательный, если верить Летиции.

— Надеюсь, карманы у этого очаровашки не пустые? — хищно улыбнулся Бернард.

Агнес покачала головой:

— А вот этого я не знаю. Но если он свояк Керрингтона, то… почему бы и нет?

Отполированными ногтями Грейсмер забарабанил по ручке кресла.

— Мне сейчас как раз нужен новичок. Позарез нужен. Я давно не ощипывал свежего фазана. Интересно, он играет?

— Кто знает? — отозвалась Агнес. — Я попробую кое-что разузнать на приеме у Кавендишей. Но по поводу того, кик поправить твое финансовое положение, у меня есть совсем другая идея.

— Ого! — Грейсмер вскинул брови. — Моя дорогая, я весь обратился в слух.

— Это Харриет, дочь Летиции Мортон, — объявила Агнес с довольной улыбкой, — За ней дают приданого и тридцать тысяч фунтов. На первое время, я думаю, тебе хватит.

Грейсмер нахмурился:

— Она, наверное, только что из-за парты.

— Тем лучше, дорогой. Внимание мужчины, много старше, ее покорит. Уверена, она легко поддастся на твои чары и ты сможешь взять ее раньше, чем она успеет бросить взгляд на кого-нибудь другого.

— А как насчет Летиции и ее мужа? Таким охотником за приданым они вряд ли будут довольны.

. — О том, что ты охотник за приданым, им неизвестно. И самое главное: ты граф. Летиция будет безумно счастлива выдать дочь за графа. Но разумеется, ты должен соблюдать осторожность. В настоящее время мы с этой леди стали близкими подругами. — Агнес нервно засмеялась. — Этакая томная дурочка. У нее постоянно что-то болит, поэтому сопровождать свою дочь по балам и прочее она не может. И как ты думаешь, кто предложил ей свои услуги в этом деле?

— Ты непревзойденная интриганка, моя дорогая, Значит, я буду встречаться с этим милым созданием в твоей компании? — засмеялся Грейсмер.

— Именно так.

— И все же, разузнай, что можешь, о свояке Керрингтона. Возможно, я еще успею ощипать фазана, пока паша наследница будет дозревать, — сказал Грейсмер вставая. — К Кавендишам я не приглашен, так как предполагалось, что в городе меня еще нет. Так что целиком полагаюсь на тебя, дорогая.

Он наклонился и положил руку Агнес на грудь, чувствуя, как мгновенно напряглись ее соски.

— Адью, до встречи.

Агнес хотела подняться, но граф уже был в дверях.

— До встречи, — повторил он и вышел.

Маркус бросил вожжи ливрейному кучеру и вышел из двуконного экипажа у своего дома на Беркли-сквер.

— Обратите внимание, Генри, на левое переднее колено вожака, когда будете ставить его в стойло. Мне показалось, что он прихрамывает.

— Я прослежу, ваша светлость. — И рыжий кучер взял поводья.

Двери великолепного особняка распахнулись.

— Добрый день, милорд. Беру на себя смелость сказать, что день сегодня чудесный, — с поклоном произнес дворецкий.

— Добрый день, Грегсон. Вы можете брать на себя эту смелость, день действительно чудесный. — Маркус подал ему свой хлыст и шляпу. — Подайте мне в библиотеку бутылку кларета, семьдесят девятого.

Он пересек холл и вошел в свой кабинет, располагавшийся справа от лестницы. Здесь уже трудился молодой человек, раскладывая на массивном письменном столе вишневого дерева бумаги.

— Добрый день, милорд, — поклонился секретарь.