Пришедшим в себя пустынникам товарищи с шутками помогали подняться. Никто, вроде бы, серьезно не пострадал, только на лбу у Локка наливалась синевой огромная шишка, но, похоже, его это сильно не беспокоило. Было искренне приятно, в их взглядах читалось уважение.

Сабир мягко взял Сергея под руку и повел вдоль озера.

– Только не становись излишне самоуверенным.

– Попытаюсь. Но ведь действительно получились неплохо?

– Неплохо, – жестко сказал Сабир, – но и не больше того. А теперь представь, что Рыцарь Ордена превосходит тебя куда значительнее, чем ты этих бедолаг.

– И что же делать? – Сергей остановился.

– Работать, друг мой, работать. Учитель разбудил тебя, талисман помог тебе. А теперь… Работай.

Они вдоль озера вышли к дубовой роще. С зеленой опушки слышались голоса, заглушаемые шелестом ветвей и криками птиц. Через десяток шагов стало ясно, что разговаривали Ганя и трое Рыцарей в красных плащах с белыми крестами. И, надо признать, это было сюрпризом. Из Ганиных объяснений как раз следовало, что отношения с Орденом складываются, ну как бы помягче сказать, неидеально. И он же утверждал, что для Рыцаря верность Ордену – смысл жизни…

… Три дня назад, сидя на берегу озера, Сергей наблюдал за легкой рябью, играющей на поверхности воды, и слушал Ганю. После всего, что произошло, его было трудно чем-либо удивить, но рассказ человека, которого он с детства считал ближайшим товарищем, переворачивал все представление об этом мире.

Никто не знает, кто такие Предтечи, откуда они пришли и почему покинули Землю. Известно только то, что они оставили после себя несколько артефактов. Они пролежали на поверхности планеты около миллиарда лет, равнодушно наблюдая за тем, как двигаются континенты, вырастают и разрушаются горы, вымирают динозавры, стаи двуногих, покрытых шерстью млекопитающих, охотятся за огромными животными с чудовищными бивнями, рождаются и умирают цивилизации, основываются и приходят в запустения города. Большая часть артефактов скрылась под водами океана или ушла глубоко в землю. Но один из них был найден полудиким кочевым племенем, прокладывающим путь по безжизненным землям в районе, где сейчас находится город Иерихон. Этот артефакт представлял собой огромную плиту из черного камня, на ощупь гладкого и теплого, лежащую на гранитной скале, выступающей из раскаленного песка. Вождь кочевников, опираясь на посох, подошел к плите, осмотрел со всех сторон и осторожно положил руку на блестящую поверхность. И упал, словно сраженный ударом молнии. К нему подбежали испуганные сыновья и увидели, что старик мертв, а в его открытых глазах застыл смертельный ужас. Племя остановилась на этом месте на долгие десять лет, благо недалеко обнаружился благодатный оазис с источником драгоценной воды. Вокруг плиты воздвигли каменный храм, а скалу, служащую ее основанием, обтесали со всех сторон, превратив в гладкий постамент. В безжизненной пустыне главной ценностью является вода, и вскоре оазис был захвачен другим, более сильным племенем. Неизвестно, что случилось, когда его вождь вошел в храм, но только с тех пор дверь святилища с плитой была наглухо закрыта, а покой его оберегали самые сильные воины. И так продолжалось почти три тысячи лет, пока к храму, который по приказу благородного Салах-Эд-Дина охраняли лучшие воины-сарацины, не вышел пересекающий каменистую пустыню отряд рыцарей-тамплиеров в белых плащах с красными крестами.

Великий Магистр Ордена Тамплиеров, могучий рыцарь Жак де Моле, потратил остаток жизни на изучение тайны артефакта, с величайшими предосторожностями перевезенного в Цитадель Ордена в Париже. И вот однажды, осознав, что его поиски зашли в тупик, он положил руку на темную поверхность… А потом сделал шаг и оказался в Эдеме.