— Нет! — Ханна повысила голос. — Никаких объявлений не будет.

Рейф не разжимал губ.

Все вокруг ждали продолжения.

— Вы уверены? — спросила миссис Ситон.

— Абсолютно, — процедила Ханна сквозь зубы. — Мы с Рейфом даже не заговаривали о браке.

Взявшаяся неизвестно откуда молния гнева пронзила Рейфа. Он сменил позу.

— Вообще-то это неправда. — Ханна резко повернулась к нему:

— О чем это ты?

— Просто уточняю, что нам случалось говорить о браке.

— Черта с два! — выкрикнула Ханна.

— Да, к окончательному решению мы еще не пришли, но нельзя сказать, что такой вопрос вообще не возникал.

— Да как ты смеешь, Рейф Мэдисон! — Она шагнула к нему. — Ты никогда не делал мне предложения!

— Ты же помнишь, что говорил Митчелл о моей фобии.

— С меня довольно этих дурацких отговорок! Ты сам говорил: лучший способ справиться с фобией — признать ее существование и решительно избавиться от нее. Что-то я не заметила в тебе такой решимости.

— Ладно, я делаю тебе предложение, — заявил он, чувствуя предательскую дрожь в желудке.

Секунду или две ему казалось, что ответа он не дождется. Миссис Ситон ахнула. Остальные замерли разинув рты. Даже Перри Декейтер был заворожен происходящим.

Ханна взяла себя в руки, но всем было видно, что это удалось ей не без труда. Она торопливо огляделась, словно вдруг придя в себя. В ее глазах отразились недовольство и досада.

— Это ненастоящее предложение, — странным, не похожим на свой голосом возразила она. — Ты просто пошутил — за мой, кстати, счет. Стыдись, Рейф.

— Никаких шуток, — заверил он. — Предложение было настоящим.

Ханна уставилась на него во все глаза.

— Так я получу ответ?

Ее лицо застыло. К своему ужасу, Рейф вдруг увидел, что ее глаза влажно заблестели, губы приоткрылись и дрогнули.

— Черт! — Он инстинктивно понял: если Ханна разрыдается у всех на виду, она никогда этого ему не простит.

Он поспешно обнял ее за талию.

— Прошу прощения, друзья. У нас назначена встреча. — И прежде чем кто-нибудь успел опомниться, Рейф обвел Ханну вокруг машины и усадил на место, а потом позвал Уинстона.

Пес послушно забрался в «порше». Рейф захлопнул дверцу, обошел вокруг машины и сел за руль. Включив зажигание, он вырулил с заправки, не давая собравшимся времени, чтобы отреагировать.

В зеркале заднего вида отражались несколько ошеломленных лиц. Рейф понимал, что к пяти часам вечера известие о предложении, сделанном на заправке, облетит весь город.

Он беспокойно посмотрел на Ханну. Она часто моргала и промокала глаза платочком, но пока сдерживала поток слез. Уинстон положил морду ей на плечо.

— Прости меня… — наконец начал Рейф.

— Помолчи!

Рейф попытался найти в случившемся положительные стороны и нашел их: по крайней мере Ханна не сказала «нет».

Глава 22

Перенести обман оказалось гораздо тяжелее, чем гнев или слезы. Никогда еще Ханна не была так близка к депрессии. Она удалилась к себе наверх сразу, едва вошла в дом. Рейф даже не попытался остановить ее.

Через полчаса, сидя на верхней веранде в плетеном кресле рядом с преданным Уинстоном, она попыталась разобраться в своих эмоциях и путанице мыслей. Глядя на залив, она твердила себе, что совершенно напрасно дала себе волю.