— Сейчас выйду, — скинув, Настя поплелась в сторону тоннеля. Ну вот, впереди две недели полного и безоговорочного царствования в квартире. Будь она чуть помладше — сходила бы с ума от счастья, а сейчас… Сейчас ее занимали другие мысли.

Вот уже три недели, как они с Глебом были парой, завтра он тоже уезжает, и этот день должен был стать для них особенным. Он должен был быть представлен Наталье Александровне, а еще… Настя собиралась сделать кое-что еще.

* * *

Большая черная Имагинская машина стояла прямо перед выходом. Внедорожник моргнул фарами, привлекая внимание не только Насти, но и еще десятка вышедших из здания людей.

Оглянувшись по сторонам, Ася направилась прямиком к нему, запрыгнула на свое привычное место, подставила губы поцелую.

— Прости…

— Ничего.

— Это был дурдом, Настен. Они как сговорились все! Думал, что поездка накроется, придется оставаться и самому заниматься делами.

— Но ты же все решил?

— Решил, — чувствуя, что она спокойна, Глеб тоже успокаивался. Она всегда влияла на него так: успокаивающе, убаюкивающе, умиротворяюще, когда сама спокойна, и вызывая шторм, когда ее переполняют эмоции.

— Ну и хорошо. Съездишь спокойно.

— Сильно сомневаюсь, — мужчина покачал головой, вспоминая, какими отчаянными взглядами его провожали, когда он направлялся к лифту.

— Значит, быстрее вернешься, — Настя лукаво усмехнулась, получая в ответ такой же взгляд.

Конечно, ей не хотелось его никуда пускать — она и дни-то, проведенные не вместе, считала разлукой, а здесь им светила целая неделя. Но ничего ведь не поделаешь. А помечтать о том, что он вернется быстрее, никто не запрещал.

— Куда поедем? — бросив взгляд на часы, Глеб снова обратился к спутнице. — Может, где-то поужинаем? Голодный — жутко.

А она вдруг перестала улыбаться. И моргать. И дышать. И стала очень-очень серьезной.

— К тебе хочу.

— Зачем ко мне? Холодильник пустой, есть нечего, пить тоже… — Глеб скривился, видимо, вспоминая, как выглядит повесившаяся в его холодильнике мышь.

— Хочу. К тебе.

Ну вот почему тогда, когда мужчине положено быстро соображать и брать то, что предлагают, они начинают жестко тупить? Наверное, потому же, почему девушки находят, на что обидеться там, где обижаться абсолютно не на что.

Так и Глеб сначала долго-долго непонимающе смотрел на Настю, а потом сглотнул.

— Ко мне? — переспросил, с сомнением.

— К тебе.

А потом замолчал, сосредоточился на дороге, погнал.

В такой тишине и напряжении они не ездили еще ни разу. Нет, машину-то Глеб вел очень плавно, как делал всегда, просто иногда бросал быстрые косые взгляды на Настю, и тогда она забывала, как дышать. Потому что…

Потому что передумать ей уже не дали бы. Вообще думать было сложно. Разве что о том, как сидела когда-то на коленях мужчины, испытывая его терпение. А он что тогда обещал? Что когда-то отомстит?

Вот. Кажется, пришло время мести.

Глава 13

— Да что ж это такое… — в десятый раз спотыкаясь о расставленную в прихожей обувь, Глеб пытался одновременно включить свет, снять с себя пиджак, с Насти футболку, не переставая при этом ее же целовать.

Всю дорогу до квартиры он был немыслимо терпелив. Сам себе удивлялся, сам собой гордился, сам себя жалел, а теперь…

А теперь она была в его доме, вся такая нежная, ласковая, податливая. И никуда не торопилась, не спешила, не неслась.