– Я готов, – объявил я, входя в кабинет. – Освобождайте Джо.

– Да? – удивился Босс. – Прямо-таки готовы? Не ожидал! Вот честно не ожидал такого. Думал – блефуете. А знаете, удивить меня редко кому удаётся, иначе я не стал бы боссом. Не врёте? Вижу, нет. Настроены решительно.

В этот момент Босс произвёл какие-то действия, смысл которых ускользнул от меня.

– Настроены решительно, – повторил он. – Ну что? Всё! Свободным человеком вы отсюда уже не выйдете. Только что отдал соответствующие распоряжения. Джо отпускаю, а вы подписываете договор абсолютного подчинения, и док ставит неизвлекаемый имплант.

– Сначала-Джо.

– Нет проблем. Джо – так Джо. – Босс опять что-то сделал и привычно откинулся на спинку кресла. – Она свободна. С боёв тоже снята по состоянию здоровья.

– А можно убедиться?

– Пожалуйста.

После того как я тут же, не покидая кабинета Босса, полностью удостоверился в правдивости его слов, он пододвинул в мою сторону лист бумаги.

Вот ведь любитель экзотики. Снова бумажный договор. Чрезвычайная редкость по нынешним временам. Только по сравнению с электронной документацией, которую можно скопировать, перехватить, стереть или подделать, бумага имела ряд преимуществ. Поэтому криминальные авторитеты частенько отдавали предпочтение бумаге.

– А можно расписать на чём-нибудь? – я показал стилус. – Боюсь, засох. Не хотелось бы договор испортить.

– Вот, – Босс пододвинул ко мне какой-то клочок бумаги, весь изрисованный чёртиками. Он всегда рисовал их, когда беседовал с кем-нибудь. – Здесь расписывайте. Какой номер присвоили вам у нас?

– Номер? – не понял я. – Что за номер?

Босс тихо выругался, залез куда-то в невидимые недра стола и достал лист бумаги. Я узнал тот самый договор, что подписал в первый день.

– Ваш номер, – Босс указал на что-то в договоре, – тридцать три, пятьдесят шесть, восемнадцать.

Я положил руку со стилусом на лист с чёртиками. Обратный конец будто бы случайно направился прямо в лицо Босса, и тут я нажал, как учил торговец с Чёрного Рынка. Что-то тихо хрустнуло. В первый момент показалось, что стилус вообще не сработал. Оружие считалось одноразовым. Но в то же мгновение лицо Босса развеяло мои сомнения. Если он и успел что-то заподозрить, то ему это не помогло. Удивление сменилось гневом, который перешёл в ужас понимания, затем наступила смертельная бледность, и Босс упал лицом в стол.

Оставались видеокамеры и записывающие устройства. Ту информацию, что передавалась через сеть и записывалась на серверах, перехватит и сотрёт Сэм, а вот эти локальные камеры всецело зависели от меня. Их я вывел из строя электромагнитным импульсом, инструментом из тех, что уже неоднократно меня выручали. Замаскированное под старый коммуникатор небольшое устройство не вызывало у проверяющих охранников никаких лишних вопросов. Записи обо всём, что тут происходило в последние минуты, были уничтожены.

Я проверил пульс на сонной артерии лежащего лицом в столешницу тела. Пульс не прощупывался. Аккуратно собрав подписанные документы и спрятав их в карман, я придал Боссу естественный вид, будто он сидел в своей любимой позе, откинувшись в кресле. Теперь главное – прикрыть задницу и унести ноги.

С этим сложнее.

Сначала требовалось кого-то подставить вместо себя. Я уже знал, кого именно.

– Помогите! – что есть силы истошно заорал я. – Охрана!

– Что? – почти сразу в кабинет влетел дежуривший сегодня Джогт Грам, не привыкший к таким громким крикам. В руке он держал стандартный армейский бластер.