И тут прямо от моих ног стала появляться светящаяся полоса шириною с ладонь, которая привела прямёхонько к выделенной мне койке в одноместном боксе.

Таких боксов тут было множество. Почему-то соседний не заперли, и я заглянул туда. Там лежал пациент, которому сделали аугментацию шеи. Я уже знал, что это такое, и всё равно не мог отвести глаза от его лица. Парень, который смотрел на меня, казался похожим на какого-то зверя. Волосы короткие, чёрные и жёсткие, как шерсть, но лицо было гладким, как у девушки.

– Ты кто? – прохрипел он. – Зачем здесь?

Он сел, обхватил руками голову и стал раскачиваться из стороны в сторону.

– Кто ты? – повторил он вопрос.

Голос его звучал низко и хрипло, с едва заметным акцентом, словно он жил где-то далеко отсюда и ещё не успел полностью адаптироваться. Если бы он заговорил со мной на языке, которого я не знал, я бы не удивился, но в его речи было что-то странное. Он был моложе меня и внешне казался вполне здоровым.

– Меня зовут Алекс, – ответил я. Это не было ложью, а мне хотелось, чтобы он был максимально откровенен со мной. – Вы давно в этой клинике?

– Алекс – это имя, – продолжал хрипеть он, проигнорировав мой вопрос. – А кто ты по жизни?

– Человек.

– Вот если ты ещё человек, уходи. Беги отсюда. Немедленно. Скоро тут всё уничтожат. Клинику – тоже. Здесь всех убьют, а всю Свободную территорию снесут и застроят домами.

Он ещё что-то говорил, но я не мог разобрать некоторые слова. Его речь стала совсем бессвязной, он упал на кровать и задёргался.

Я дотянулся до стены, нажал тревожную кнопку, а потом вернулся в свой бокс, дверь которого защёлкнулась и уже не открывалась.

Зато на следующее утро я сделал всё, что от меня требовалось, и отправился на операцию. Мне в голову вставили пару устройств – усилителей и модификаторов слуха. Первый мой серьёзный имплант.

Мозг после столь масштабного вмешательства начал работать намного быстрее, и я понял, что теперь могу не просто слышать, а ощущать всё, даже если вокруг будет тихо. Я стал слышать движения соседей, воспринимать звуки природы, различать оттенки, которые до этого были мне недоступны. По вечерам, когда ложился спать, я лежал и слушал. Слышал биение сердца моей девушки, когда она лежала рядом. Это было удивительное ощущение, словно я носил наушники. И музыка, которую я воспринимал, была музыкой моей жизни. Мне действительно стали доступны новые чувства.

Я теперь мог слушать, как под полом бегают мыши, и даже различать отдельные звуки, издаваемые тараканами. Но самое главное – я мог теперь понимать музыку, а не только разговоры. Пока проходила адаптация, я решил, что, если и дальше буду продолжать жить, позволю себе иногда развлекаться по-новому. Например, можно будет сходить на концерт симфонической музыки. И, хотя я точно знал, что эти новые органы слуха мне скоро очень пригодятся, они пока доставляли некоторые проблемы, требовалось привыкнуть к ним. Кроме того, несмотря на обещания врачей, голова после операции всё ещё болела. Но всё-таки приобретение мне нравилось. Все мои прежние страхи выглядели сейчас пустым кошмарным сном.

Потом, ещё через день, мне вернули одежду с личными мелочами и выписали из клиники.

Глава 19

 Тот сектор

Тот сектор Свободной территории, где жили мы с Джо, больше всего напоминал научный городок. Скорее, даже университетский кампус. Тут было сравнительно прилично и всякие опасные и подозрительные личности шастали относительно редко. Не всякий мог сюда пройти, за этим следили охранники. На каждом углу виднелись какие-то лаборатории и кабинеты. В некоторых из них располагалось разное оборудование, кое-где работали люди, в других стояли столы с приборами. Арена боёв смахивала на большую аудиторию, а многочисленные склады и мастерские напоминали аудитории рядовые.