Короче, бои по схеме «Ферп Ажак» не производили на меня особо сильного впечатления.

Сначала в тот день не происходило ничего особенного. Ни на арене, ни вокруг неё. Продолжался очередной бой, напоминавший пьяную драку в баре. Удар – и один из соперников отлетел назад и, как показалось, потерял сознание. Его тело, прежде чем упасть, пролетело несколько метров, с грохотом ударилось о решётку и сползло вниз, оставляя за собой кровавые следы, отчётливо видные на ячейках клетки. Решётка содрала какие-то выступающие импланты на спине. По этой схеме не назначали штрафных ударов и соперники просто месили друг друга, пока один из них не отрубался. Вот и в этот раз судья засчитал поражение, а проигравшего уволокли секунданты. Такое случалось часто. Но что-то показалось мне неправильным. Что-то не так. Я повнимательнее присмотрелся к судье. Он вёл себя спокойно и невозмутимо, как будто ничего не произошло. И тут я понял. Это же тот самый арбитр, который в прошлый раз нарушил клятву. Его при мне приговорили и увели в дробилку. Я сам видел, как его там размалывало, меня даже тошнило потом. Теперь он жив-здоров. Это как вообще?

В это мгновение я почувствовал себя ужасно одиноким. Понял, что должен сделать, куда надо пойти, но никакого желания идти туда у меня не имелось.

После последнего на сегодня боя я всё-таки отправился к нашему директору-распорядителю. К сэру Гарри Мэлоуну.

– Ну что опять случилось? – недовольно проворчал сэр. – К чему срочность?

– Ничего, сэр, просто тот арбитр, что судил третий поединок.

– С ним что-то не так? – удивился Мэлоун.

– В дробилку же отправили. Видел, как его…

– Клон. Этот арбитр из пробирочников. Ты «его», – Мэлоун сделал характерный жест пальцами, изображающий кавычки, – ещё не раз где-нибудь увидишь. Причём при самых разных обстоятельствах. Ты не мог не замечать их раньше. У тебя всё?

– Всё, сэр, – сконфуженно признался я и ушёл.

Мэлоун оказался прав. Я встречал клонов не раз и не два, но это случилось давно, и там были совсем другие клоны.

Вечером сэр Мэлоун зашёл к нам сам, чтобы поговорить о делах. Такого никогда ещё не случалось. Я даже испугался. Он пришёл в неизменном белом костюме, но без галстука, и в руках держал старомодный компьютер размером с папку для бумаг. Мэлоун сразу же вошёл в комнату и, не поздоровавшись, тут же сказал:

– Нашли! А ты оказался прав. Это тот самый судья. А в дробилку отправился как раз-таки его клон. Вопрос: где и как их подменили?

Я повернул кресло.

– Присаживайтесь, сэр. Так будет удобнее. Давно выяснили? – для порядка решил уточнить я.

– Только что, – усмехнулся он. – Мы тут такое нашли!

– Что нашли? – не поняла Джо. Я показал взглядом на комп, который держал в руке наш общий начальник. Тот проследил за моим взглядом и сказал:

– Здесь у меня кое-какие материалы. Хочу узнать твоё мнение.

– Сэр, мне уйти? – по старой привычке спросила Джо. Ещё недавно никакие деловые разговоры в её присутствии не велись.

– Нет, конечно, – засмеялся Мэлоун. – Ты же теперь свободный человек. Более того, официальная помощница вот этого парня, – он кивнул в мою сторону. – Так что без тебя – никаких деловых разговоров.

Я чувствовал себя неловко и не знал, как себя вести. Не хотелось, чтобы Джо думала, будто я не доверяю ей. К тому же я прекрасно понимал, что она тут не просто так.

Тем временем Мэлоун положил папку на стол и открыл.

– Удивлены? Дело в том, что эту старую технику невозможно отследить и очень трудно опустошить, в отличие от всего того, чем вы обычно пользуетесь.