Секач пялится на тело девушки. А вот Фрэнк внимательно смотрит на меня и мои руки.

Он заговорщицки прикрывает глаза.

— Карлос, совсем крыша съехала? — икает Фред.

А испанец наблюдает за мной с широкой улыбкой и вздыхает.

— Донни, Донни, Донни… В который раз убеждаюсь, что все твои слова надо делить даже не на два, а на десять.

Тот обижается и поджимает губы.

— И это твой такой опасный друг? Что-то он сбледнул? Крови испугался?

— Карлос, мать твою! С тобой говорю! — злится Глаз.

В руке испанца появляется длинный нож и замирает у шеи псайкера. Движение вышло очень быстрым. Только что там был револьвер, а вот уже его сменил клинок.

— Да? Ты что-то хотел?

Фред нервно облизывает губы и молчит.

— Если тебе кажется, что Самеди́ сделал тебя своей правой рукой, — продолжает испанец, — ты заблуждаешься. Не надо путать истинного положения вещей. У тебя есть полезный навык. Ничего более. Поэтому знай своё место.

По горлу псайкера бежит тонкая струйка крови. Его глаза сияют, и это не метафора. Радужка буквально вспыхивает синевой.

— Если ты попробуешь залезть ко мне в голову, Фредди, я надену тебе гранадский галстук. Знаешь, что это такое или мне показать?

Тот, судя по всему, знает, потому что его глаза тухнут, а лицо приобретает заискивающее выражение.

— Карлос, ты меня неправильно понял. Просто… Просто Самеди же сказал, доставлять симпатичных сук живыми? Если узнает, может… Э-э-э.

— Перед Самеди, если потребуется, я отвечу лично. Делай свою работу.

— Я понял. Всё понял.

Фред фокусируется на бородаче.

— Серебряный класс, Мастер стрельбы. Сорок две единицы, — торопливо произносит он. — Босс будет доволен.

— Дальше, — взмахивает рукой Карлос.

Глаз приближается и чуть наклоняется ко мне.

— Ого! Срань господня! Золотой класс! И РБМ — 76 единиц. Сколько же у него способностей?

— Какой класс? — с любопытством уточняет испанец.

— Э-э-э, Стрелок Гилеада.

— Что-то обмельчали нынче Стрелки Гилеада. Где бы эта дыра не находилась. Золотой класс, — довольно повторяет он. — Мы поймали джек-пот, Фредди.

— Да, Карлос, — облегчённо кивает тот.

— Дальше!

— Бронзовый класс. Эксперт боя. Тридцать шесть единиц.

— Пойдёт. Отбей сообщение Самеди. Скажи, что завтра я привезу ему подарки.

— Сделаю, Карлос.

— Золотой… — с усмешкой приговаривает испанец и хлопает меня по щеке несколько раз.

Панибратски, как собаку.

— Прямо чувствовал, что не зря спас твою задницу. Донни, пойдём, расскажешь меня всё, что ты о нём знаешь. Всё, что он делал при тебе. Всё, что говорил.

— Карлос, — мнётся Фред, — а не опасно их оставлять? Откроют Магазин, да как купят там что…

— Не откроют. Сопряжение не даст, — уверенно говорит тот. — А если даже получится, не смогут в него зайти. Наручники крепкие, уж я-то знаю, — он смеётся и выходит из комнаты.

Вслед за ним выходит Глаз. Донни задерживается и смотрит на меня со странным выражением лица. Прямо нашкодивший ребёнок возит мыском по полу. Только он не любимую мамину тарелку разбил, а продал меня с потрохами.

— Егерь, послушай. Я сидел с ним. Карлос — просто псих! Сам понимаешь, я…

Перебиваю его, не дав окончить.

— Резиновое изделие, ты, номер два.

— Что? — его брови взлетают к макушке.

— Гандон, Донни. Ты — гандон. Пошёл прочь с моих глаз.

Он вздыхает и выходит из комнаты.