Чем он машет? Это что... трусы?

 Я целый день носила в себе груз злости после нашей жаркой перепалки, и он уже начал на меня давить. Этот жест принес столь необходимую легкость.

— Входи, — повторила я.

Он приоткрыл дверь еще на пару дюймов. На этот раз к его машущей руке присоединилась голова.

— Ты ведь уже не злишься и не собираешься применить на мне свои безумные приемы Крав Мага?

Я рассмеялась:

— Мне бы стоило. Ведь ты заслуживаешь, чтобы тебе надрали задницу, но я воздержусь.

— Полагаю, что я должен попросить прощения у тебя за некоторые сказанные мной сегодня вещи?

Я откинулась в кресле.

— Должен.

Он повесил голову. Жест, напомнивший мне маленького мальчика, устроившего своей собаке душ из красной краски. Это было мило. Он был милым, но я все равно собиралась заставить его пресмыкаться. Его голова была все еще опущена, когда он посмотрел на меня из-под своих темных ресниц.

— Прости за сегодня.

— За что конкретно ты извиняешься?

Он роняет голову.

— Ты ведь собираешься усложнить это?

— Ага.

— Отлично. Прости, что назвал тебя наивной.

— Что-то ещё?

Я смотрела на его лицо, когда в голове вращались шестеренки.

— За то, что подслушал твой разговор с клиентом.

— Это все?

— А должно быть ещё что-то?

Он на мгновение показался слегка раздражённым.

— Да.

Через тридцать секунд размышлений он щелкнул пальцами, словно был горд собой.

— Прости за то, что пялился на твою задницу.

Я нахмурилась.

— Когда это ты пялился на мою задницу?

Он пожал плечами.

— При каждом удобном случае?

Я не смогла сдержать смех.

— Извинения приняты.

Его плечи немного поникли, по виду он испытал облегчение. У мужчины была суровая внешность. Но временами те, кто имеет такую внешность, носят более толстую броню.

— Как насчет того, чтобы я купил тебе бургер у Джоуи, чтобы загладить свою вину? — Он подмигнул. — Я куплю самый большой имеющийся у них, чтобы ты наелась и снова сбросила свою юбку для меня.

Глава 12

Эмери

— Могу я задать тебе личный вопрос?

— Нет, — мгновенно ответил Дрю.

— Нет? — я скривилась, смущенная. — Знаешь, когда два человека сидят и едят, и один из них задает вопрос другому, может ли он спросить о чем-то личном, обычно тот второй отвечает согласием. Это вежливо.

— У меня есть правило. Когда кто-то спрашивает, может ли он задать мне вопрос, я всегда отвечаю «нет».

— Почему?

— Потому что если ты вынуждена спрашивать, можно ли мне задать вопрос, это, вероятнее всего, что-то, на что я в любом случае отвечать не хочу.

— Но как ты можешь знать, если даже не услышал вопроса?

Дрю откинулся в кресле.

— Какой у тебя вопрос, Эмери?

— Ну, теперь я чувствую себя так, словно мне не стоит об этом спрашивать.

Он пожал плечами и прикончил свое пиво.

— Ладно. Тогда не делай этого.

— В твоей жизни случилось что-то, сделавшее тебя нетерпимым к отношениям?

— Мне казалось, ты чувствовала, что не стоит задавать этот вопрос?

— Я передумала.

— Ты словно заноза в заднице. В курсе?

— А ты похож на враждебного придурка, так что мне любопытно, что сделало тебя таким.

Дрю пытался это скрыть, но я заметила, как дернулся уголок его губ в попытке улыбнуться.

— Я расскажу тебе, почему стал враждебным придурком, если ты расскажешь, почему ты такая заноза в заднице.