Я сделал один шаг к выходу, когда Эмери позвала меня.

— Дрю?

Я повернулся.

— Да?

Она заломила руки.

— Спасибо за сегодня. Я не говорила тебе этого, но я очень признательна за все, что ты сделал.

— В любое время, Оклахома, — я постучал костяшками пальцев по дверной раме. — Не задерживайся допоздна, хорошо?

— Не буду. Я собираюсь уходить через несколько минут. У Болдуина на сегодня были планы, так что я выйду с ним.

— Хочешь, чтобы я подождал? Мы снова можем взять бургеры у Джоуи.

Эмери начала отвечать, когда мистер «Галстук–бабочка» перебил ее:

— Вообще-то, у меня в последнюю минуту изменились планы. Почему бы нам не поужинать?

— Ты не пойдешь на шоу с Рейчел?

— Мы можем увидеть его в другой раз. Я не знал, что у тебя был плохой день. Ты можешь рассказать мне о нем за ужином.

Эмери посмотрела на меня, сомневаясь. Я облегчил ей выбор. Кто я такой, чтобы разбивать счастливую пару?

— Тогда приятного вечера вам.

Я, возможно, сглупил. В конце концов, в последнее время мне неоднократно говорили, что мое эго было довольно большим, но я мог бы поклясться, что изменение планов маленького друга Эмери имело какое-то отношение ко мне.

Глава 14

Дрю

Канун Нового года.

Пять лет назад.

— С годовщиной!

Алекса сидела на диване, листая журнал «People». Я нагнулся, чтобы поцеловать ее в щеку, а затем наклонился еще ниже, чтобы поцеловать в лоб своего почти двухлетнего сына, который спал с головой, покоящейся на ее коленях. Он пускал слюни. На бедре моей жены собралась уже приличная лужица.

Я посмотрел на это и пошутил:

— Несколько лет назад сделать тебя влажной в сочельник означало что-то совершенно другое.

Она вздохнула.

— Я бы хотела, чтобы мы могли куда-нибудь сходить. Это первый сочельник со времени моего детства, в который я остаюсь дома.

Сочельник стал огромным праздником для моей жены. Она ждала его, как ребенок — Санту. А вчера кто-то сказал Алексе, что Санты не существует. Сегодня вечером мы планировали выйти из дома — вечеринка в центре Атланты, организованная ее друзьями, до которых мне не было дела, но няня нас подвела. Алекса была опустошена. Я тихонько радовался. Сегодня был мой первый выходной за месяц, поэтому остаться дома, посмотреть кино, возможно, еще и двигаться в новый год внутри моей жены, было так же волнительно, как и мое настроение.

Но Алекса дулась на протяжении двадцати четырех часов. У нее было тяжелое время, она все еще приспосабливалась к новому образу жизни молодой мамы. Это за гранью моего понимания. В конце концов, ей было всего двадцать два, все ее друзья тусовались на вечеринках как беззаботные двадцатидвухлетки.

Я надеялся, что она заведет новых друзей в клубе «Мамочка и я», который посещала в прошлом месяце. Возможно, замужние подруги, у которых были дети и которые не думали, что ответственное отношение к спиртному — это когда ты пьешь шоты со шнапсом и не проливаешь их.

— Почему бы тебе не прогуляться? Я останусь дома с Бэком.

У нее загорелись глаза.

— Правда?

Не совсем так я представлял себе празднование нашей годовщины, но Алекса это было нужно.

— Конечно. Я выжат. Я позависаю со своим маленьким приятелем. Мы все равно не можем быть на расстоянии друг от друга долгое время.

Алекса нежно сняла голову Бэка со своих коленей, переложив на подушку, и подскочила, заключив меня в крепкие объятия.

— Не могу дождаться, когда надену купленное платье. Лорен и Эллисон будут так завидовать, что я теперь могу позволить себе делать покупки в «Нейман Маркус».