Алевтина открыла дверь в смежную с гостиной комнату и первая вошла в нее. Я последовала за девушкой. Эта комната являла полную противоположность гостиной. Здесь было просторно из-за минимума мебели и вещей. Около окна стояла софа, накрытая шерстяным пледом, рядом с софой – кресло, около него – торшер. Одну из стен комнаты Алевтины занимал шкаф-купе, а напротив него – письменный стол, на котором стоял компьютер. В комнате девушки было чисто, довольно просторно и уютно.

– Садитесь, – предложила Алевтина и кивнула в сторону кресла.

Я последовала приглашению и села. Алевтина устроилась на софе.

– Вы сказали, что пришли по поводу Геры, так? – начала разговор Серебрякова.

– Да, верно, – подтвердила я.

– А что… с Герой… с ним что-то случилось? – делая паузы, настороженно спросила Алевтина.

– Скорее всего, да, – обтекаемо ответила я.

– Но что? Это что-то серьезное? Да? – продолжала допытываться Серебрякова и вдруг прямо спросила:

– А кто вы?

– Меня зовут Татьяна Александровна Иванова, я частный детектив и в данное время занимаюсь расследованием убийства женщины, – сказала я.

– О господи! – ахнула Алевтина. – Убийство! Но я не понимаю, зачем вам Гера?

Этот вопрос Серебрякова задала таким тоном, что я поняла: ей очень неприятен мой интерес к Георгию Толоконникову. Было ясно, что девушка его ревнует. А вот мне было непонятно, каким образом этому уголовнику и шантажисту удавалось привлечь к себе такое количество женщин? Причем и таких молоденьких, как эта Алевтина, и совсем зрелых, таких, например, как Капитолина.

– Алевтина, что же тут непонятного? Я же только что сказала, что в качестве частного детектива ищу убийцу женщины, – объяснила я.

– Это я поняла, но Гера-то здесь при чем? – Алевтина недоуменно посмотрела на меня. – Уж не хотите ли вы сказать, что подозреваете Геру в убийстве этой женщины?

– Именно это, Алевтина, я и хочу сказать, а также предупредить вас, что Георгий Толоконников – опасный человек, – прямо сказала я. – Раньше он был замешан в противоправных делах, за что получил срок. Теперь вот совсем не исключено, что он может быть замешан и в убийстве.

– Ой! Нет, нет, нет! – начала испуганно восклицать Алевтина. – Этого не может быть, это неправда!

– Я не утверждаю, что убийцей является Георгий, я сказала, что он может быть им, – возразила я.

– Нет! Не может! – продолжала стоять на своем Серебрякова. – Вы просто не знаете Геру! Не знаете его так, как знаю я!

– Так. Скажите, когда вы видели Георгия Толоконникова последний раз? – спросила я, прервав эмоциональные восклицания Алевтины.

– Давно… – тихо произнесла девушка и опустила голову.

– Как давно? Несколько дней назад? Неделю? Месяц? Год? – продолжала я уточнять.

– Ну… несколько месяцев назад, – сказала, наконец, Алевтина.

«Наверное, Георгий постоянно проживал у Капитолины, а с Алевтиной просто встречался время от времени, – подумала я. – Хорошо же он устроился!»

– Татьяна Александровна, – Алевтина подняла на меня глаза и робко спросила: – А кто вам дал мой адрес?

– Мать Георгия, Валентина Семеновна, – ответила я.

– Валентина Семеновна – хорошая женщина. Только очень несчастная и больная, – сказала Алевтина.