— Нет, я не ездила к нему.

— Хорошо. — Трентон обхватил ее лицо ладонями. — Я не хочу, чтобы ты вмешивалась. Кто бы… что бы… ни происходило, это может быть опасно. Я сам со всем этим справлюсь.

— Не отгораживайся от меня. — Она схватила его за руки. — Пожалуйста, Трентон, я…

— Я знаю, — с нежностью ответил он, крепко прижимая ее к себе. — Бог знает, что я сделал, чтобы заслужить все это.

Положив голову мужу на грудь, Ариана закрыла глаза и сосредоточенно прислушалась к сильному, ровному биению сердца Трентона. Паника охватила ее, непреодолимая и необъяснимая. Она любила этого человека, и ее интуиция подсказывала, что он тоже любит ее. И все же Ариану внезапно охватил ужас при мысли о том, что где-то, вне пределов досягаемости, притаилась страшная сила, более мощная, чем они могли себе представить, и ждет момента, чтобы разлучить их.

Глава 21

— Прибыл виконт Уиншэм, он хочет повидать вас, ваша светлость.

Ариана уронила папоротник, который подстригала, и встала.

— Мой брат? Здесь?

— Да, мэм. — Дженнингс кивнул своей рыжей головой. — Он ожидает в гостиной. Проводить его в оранжерею?

— Нет, Дженнингс. Я сама пройду к нему. — Она встревоженно выглянула за дверь. — Герцог уехал в Лондон, не так ли?

— Почти час назад, ваша светлость.

— Хорошо.

Почувствовав облегчение, Ариана разгладила платье и направилась в холл. Она не имела ни малейшего представления, что привело Бакстера в Броддингтон.

Но Трентон, к счастью, встречался сегодня со своим поверенным, чтобы обсудить вопрос о переводе средств Кингсли из Лондона на Уайт. Так что нет никакого риска, что они столкнутся.

— Бакстер? — Ариана вошла в гостиную и закрыла за собой дверь. — Чего ты хочешь?

— Привет, эльф. — Он встал, весь очарование и сплошные улыбки. — Я так рад, что ты дома.

— Ты знал, что я дома, Бакстер, так же, как и то, что Трентона нет. Поэтому внеси поправки в свою тактику и прекрати опекать меня. — Она опустилась в мягкое кресло с подушками, натянуто положив руки на колени. — Я сказала тебе все, что хотела. Так почему ты здесь?

Бакстер с изумлением уставился на нее, улыбка застыла у него на лице.

— Ты поражаешь меня, Ариана.

— Чем? Тем что вижу тебя насквозь?

— Возможно. А может, тем что я не привык смотреть на тебя, как на умную взрослую женщину, а не как на ребенка.

— Это первая правдивая фраза, которую я от тебя слышу. — Она жестом показала на софу. — Хочешь чего-нибудь освежающего?

— Нет. — Он снова сел. — Я пришел сюда не для того, чтобы что-то брать у тебя, а для того, чтобы дать тебе.

— Что же?

— Искренние извинения. Не только за то, что причинил тебе боль, но и за свои неэтичные поступки в прошлом. Ты была права, мне не следовало принимать денег… требовать денег, — поправился он, — от Кингсли.

— Нет. Не следовало. — Ариана склонила голову, на лице ее появилось скептическое выражение. — Почему ты внезапно решил раскаяться?

— Потому что я люблю тебя. Потому что ты моя сестра, а я глубоко обидел тебя. Потому что ты заставила меня посмотреть объективно на себя и свои поступки. И то, что я увидел, не слишком меня обрадовало.