— Покажи схему расположения уцелевших устройств, — потребовал я, поднимаясь с пола и разворачиваясь к главной консоли.

На экране появилась объемная схема подземных ярусов металлургического комбината, в основном окрашенная в серый цвет, но содержащая отдельные вкрапления оранжевых, желтых и зеленых точек. Последних оказалось очень мало, и одна из них находилась совсем рядом, буквально в десятке метров за южной стеной. Похоже, это был аварийный генератор, питавший зал управление станцией. Сходу разобраться в сложнейшей трехмерной схеме я не смог, но этого от меня и не требовалось.

— Лис, что скажешь?

— Есть интересный вариант, но могут возникнуть непредвиденные трудности.

— Не тяни.

— Смотри на экран.

По команде Лиса вычислитель энергостанции выделил на схеме длинный трубопровод с многочисленными ответвлениями, ведущими к довольно большим резервуарам, и неким агрегатам неясного назначения. Основная труба имела очень приличный диаметр, и прямо внутри ее толстых стенок желтым и зеленым цветом светились несколько уцелевших устройств.

— Это система охлаждения главных генераторов, — пояснил Лис. — Внутри нее когда-то находился жидкий натрий при температуре около тысячи кельвинов. Незадолго до орбитального удара его откачали в аварийные емкости, а трубопровод заполнили инертным газом. Он нетоксичен, но дышать там нельзя из-за полного отсутствия кислорода. Зеленые и желтые точки — температурные датчики. Они настолько примитивны, что выдержали бомбардировку и даже дисциплинированно ответили на тестовую команду. Собственно, только этим они для нас и полезны. Раз с ними у вычислителя сохранилась связь, значит сам трубопровод, вероятнее всего, тоже цел. Ну, может быть где-то деформирован, но вряд ли сильно. Вода внутрь, скорее всего, не проникла, иначе остатки натрия вступили бы с ней в бурную реакцию, что привело бы к возгоранию, взрыву и разрушению всей системы. Трубопровод некоторое время идет по четвертому подземному ярусу, а потом плавно поднимается до второго. Сейчас мой дрон проверит состояние его верхней части. Скорее всего, она разрушена, но стоит посмотреть, насколько близко к поверхности можно добраться по этой трубе.

— Ну, допустим, — я с сомнением посмотрел на схему. — А как я попаду внутрь трубопровода?

— Через отсек с аварийным генератором. К нему ведет короткий коридор. Отсюда в него входа нет, но он проходит прямо за южной стеной, так что пробиться туда будет не слишком сложно. Из генераторной вниз ведет коммуникационный колодец. Если он не затоплен, через него можно попасть к трубопроводу.

Я подобрал с пола планшет и коммуникатор и собрал со столов все показавшиеся мне ценными приборы, которые легко отделялись от рабочих консолей. Сложив добычу в грузовой отсек скафандра, я вновь извлек проходческий комплекс и шагнул к южной стене.

— Показывай, где прорубать выход, и попытайся выбрать место так, чтобы этот зал потом не затопило. Очень интересное место. Что-то мне подсказывает, что оно нам еще пригодиться.

— Тогда, уходя, нужно заглушить аварийный генератор, — предупредил Лис. — У него ресурс далеко не беспредельный.

На поверхность я выбрался почти через сутки. Оптимизм Лиса по поводу коммуникационного колодца, ведущего из генераторной на нижний ярус, оправдался лишь частично. Зараженная вода туда всё-таки проникла, но не затопила его полностью. Это добавило проблем. Откачивать воду было нечем и некуда, а спускать ее в трубу, где наверняка есть следы натрия, мягко говоря, не хотелось. В химии я силен не был, но Лис меня клятвенно заверил, что ничего хорошего из такого эксперимента не получится. Пришлось эту дрянь вычерпывать подручными средствами и сливать в заглушенную вентиляционную шахту. Хорошо, что воды набралось немного, иначе я провозился бы с этим несколько часов.