* * *

— Как однажды сказал мой бывший, — задумчиво произнесла Ула на другой день, — есть женщины, с которыми хочется вести философские беседы. Есть вызывающие желание с ними переспать. А есть такие, что могут сломать тебе тазовые кости.

— Это ты сейчас к чему? — насторожился я.

— К тому, что пора идти в зал. Мы опаздываем уже.

— А твой бывший, он кто? — осторожно спросил я.

— Ты его не знаешь, — не стала вдаваться в подробности Ула.

Каждый раз, когда я входил в тренажёрный зал, к которому был прикреплён, сразу же окружали музыка с динамичным ритмом и световые эффекты. Они мотивировали к тренировке. Обычно я ходил туда после работы. Зал размещался в подвале нашего небоскрёба, и было очень удобно. Всё начиналось с разминки, постепенно мышцы готовились к активной работе. Потом я переходил к подъёму весов с датчиками контроля нагрузки. Мне нравилось видеть свой прогресс на экране, постоянно стремиться к улучшениям. Потом кардиотренировка — это моя любимая часть. Выбирал виртуальную реальность на беговой дорожке, где мог побороться с призрачными соперниками или просто насладиться красивыми пейзажами. Силовые упражнения помогали укрепить мышцы и улучшить выносливость. Я использовал тренажёры для каждой группы мышц, следил за результатами на внутреннем экране и анализировал прогресс с помощью внешних приложений. Тренировка длилась часа два, но время в атмосфере спортзала пролетало незаметно. В конце возникали чувство удовлетворения и приятная усталость. Впрочем, это недавно она стала приятной. Долгое время мне было не до положительных эмоций. Потом душ — и пора уходить.

Конечно, можно было установить соответствующие импланты и тренироваться без всякого спортивного зала. Так сказать, без отрыва от дивана. Большинство моих коллег именно так и поступало. На меня смотрели странно, когда узнавали, что хожу в зал и качаюсь на разных железках. Но ничего, привыкли. Здесь вообще быстро свыкаются с чудачествами других.

А сначала я ходил в зал вот зачем. Нас, таких ретроградов, тренировки посещало не так уж и мало. Зато какие люди! Какие девушки! С ними всегда можно поговорить. Причём душевая тут одна, общая, не разделённая на мужскую и женскую, что тоже немаловажно. Но, как выяснилось, Ула и здесь придерживалась старых традиций — и, кстати, не стремилась беспрерывно насыщать своё тело разными имплантами. Кроме того, она, в отличие от Вик, не разрешала мне даже смотреть на прочих девушек. «Теперь я — твоя девушка, на меня смотри и со мной говори», — повторяла она.

Так что в моём тренажёрном зале для меня всё закончилось. От душевой меня тоже отлучили: она туда не ходила и мне запретила, пришлось мыться уже дома, сразу после тренировки.

— Знаю я, для чего парни в такие залы ходят, — недовольно заявила мне Ула. — Баб клеить. Теперь я с тобой ходить буду и в твой зал — тоже. Поменяю тренажёрку, ничего страшного.

Пришлось оформлять в наш зал пропуск для Улы. Тем не менее все эти развлечения основательно истощили мой кошелёк. Пришлось искать побочные заработки. А что делать, если совсем нет денег?

Глава 24. Тем временем

Тем временем работа всё-таки продвигалась. Правда, беспокоили два висящих на мне дела. О хищении тротуарных кремниевых плит и о драке между мотоциклистами. В обоих случаях обычное подростковое хулиганство. Картины этих, с позволения сказать, преступлений были известны по секундам. Несколько видеозаписей с разных ракурсов. Куча свидетелей. Фигуранты установлены, причины и поводы известны. В первом случае во время драки мелких подростковых банд кто-то придумал выворачивать тротуарные плиты. А потом эти плиты чудесным образом пропали, причём никто ничего не видел и записей почему-то не сохранилось.