|
Ночью Луччиано созвонился с американским резидентом: - Эндрю, я был бы рад, если бы вы нашли для меня полчаса. - О, конечно, Фрэдди, - ответил тот, впервые назвав псевдоним Лаки, не имя, - давайте встретимся прямо сейчас, в нашем обычном месте, в "Бодегите дель медиа". Однако в этот маленький кабачок в районе Кавалерии (старая Гавана) он не приехал: там обычно в ы с т у п а л Эрни Хемингуэй, да и многочисленные американские туристы таращили глаза на певцов, исполнявших "гуантанамеру"; увиделись на конспиративной квартире Луччиано возле "Яхт-клуба". - Что случилось, Эндрю? - спросил Лаки. - Я что-то никак не возьму в толк: что произошло? - Лаки, тебе надо лечь на грунт, - ответил резидент. - Я бессилен что-либо сделать. Честное слово, если бы я знал правду, я бы сказал: против тебя играют. Попробуй поглядеть линию Пендергаста, - это единственно, что я могу тебе о т д а т ь... Информации у меня нет, я бы с тобой поделился, ты знаешь, мне дороже дружба с тобою, чем с Генри, поверь... - Это посол? - спросил Луччиано. - Да. Формально я хожу под ним, хотя у меня свой код и особые интересы. Звони в любое время, но будет лучше, если ты сыграешь испуг и отвалишь; пусть улягутся страсти. - Я подумаю, Эндрю. Жаль, что бессилен помочь. Это обижает меня, - сказал Лаки Луччиано. - Спасибо за ниточку Пендергаста, попробуем размотать. Через два дня разведка синдиката передала Лаки Луччиано меморандум, и составлен он был не на кого-нибудь, но на президента Соединенных Штатов Гарри Трумэна. Оказалось, что еще в девятьсот восьмом году демократической партией Канзас-Сити, родного города президента, руководил Том Пендергаст. Именно он ввел в свой клуб застенчивого, худенького, очень молодого редактора "Канзас-сити стар" Гарри Трумэна: - Обкатайся в наших кругах, сынок, - посоветовал тогда Пендергаст, - пойми, как делается политика. Это сложная наука. Искусство, точнее говоря. Навык создавать коалиции и взрывать их, как только возникнет более интересное предложение, которое можно обернуть во благо процветания этой страны. А процветание гарантирует только одно: стремительный оборот денег. Чем быстрее они совершают круговерть, тем больше прибыли оседает в банках. А те обращают это на могущество державы, на что ж еще?! Тогда Пендергаст понял, что, чем круче Белый дом завинчивает гайки сухого закона, тем большую силу набирает "Коза ностра"; он съездил в Чикаго, повстречался там с нужными людьми и вернулся в родной город с неким Филиппе Каролло: "Это мой новый заместитель, знающий юрист и надежный партнер в бизнесе". Газета Гарри Трумэна повела кампанию за избрание Каролло в местный сенат; п р о в е л и; вскоре после этого Каролло выдвинул Трумэна в сенат Соединенных Штатов. |
