Тюрин. Успокойся. Со мной ты в Италию не поедешь. Это я тебе гарантирую».

К этому моменту Усачев уже и сам понимает, что с красивой женой следовало и следует впредь обращаться совсем по-иному.

«Усачев. Светлана, я все осознал. В Италии я вел себя недостойно. В Австралии все будет иначе.

Светлана. Ты можешь сейчас поехать со мной в загс и подать заявление на развод?

Усачев. Всей нашей валютой будешь теперь распоряжаться ты. Захочешь сладкой жизни — пожалуйста. Мы будем шляться по всем барам и варьете. Я свожу тебя в Новую Зеландию, Новую Гвинею и Новую Каледонию».

После этих обещаний Светлана колеблется и в конце концов, после нескольких дней раздумий, сообщает своей подруге Раисе:

«…А я, кажется, улетаю в Австралию.

Раиса. С Усачевым? Но ты же любишь Васю?!

Светлана. Конечно, люблю. Но не буду же я из-за этой любви ломать себе жизнь.

Раиса. Я совсем забыла. Платья сносились, вышли из моды…

Светлана (возмущенно перебивает). При чем тут платья? Если бы у тебя была возможность увидеть зеленый континент, увидеть эвкалипты, гейзеры, я бы на тебя поглядела!»

Тюрин, узнав о решении вероломной возлюбленной, бодрится, но он явно раздавлен этой новостью. На киностудию за Светланой заезжает Усачев — и она уже без колебаний уходит вместе с ним. Всем оставшимся не по себе, но они старательно заканчивают озвучание «Любви по-итальянски», чувствуя уже неподдельное отвращение ко всем этим экранно-забугорным богатым адвокатам и буйным ревнивицам.

Жалко, что Рязанов не экранизировал эту пьесу, — отличный был бы фильм.

Заметки на полях. Рязанов и автомобили

Не считая более позднего «Гаража», «Притворщики» — единственная пьеса Брагинского-Рязанова, в которой существенное значение приобретает автомобильная тема. Не только потому, что Усачев купил Светлане машину, а Тюрину такие подарки не по карману… «Автомобильной» можно назвать всю побочную линию пьесы, связанную с Раисой и ее ухажером Виталием, который выдает себя за большого начальника, а на самом деле является всего лишь шофером большого начальника. Но Раиса настолько увлекается своим поклонником, что совсем не разочаровывается в нем, когда узнаёт правду:

«Светлана. Ты видела хоть одну актрису, у которой муж — шофер?

Раиса. Я буду первая. Сейчас век транспорта. Я открою новое и прогрессивное движение».

Сам Рязанов был прирожденным водителем: «Права я получил в 1955 году. После автошколы. Причем экзамены сдал с первого раза — а это была большая редкость по тем временам. Ведь ездить мы учились на… полуторках. Да, самых обыкновенных грузовиках со всеми вытекающими отсюда трудностями: габариты, огромный кузов сзади, перегазовки при переключении передач… А экзамены на вождение принимали в Подкопаевском переулке — место холмистое, извилистые улочки… В общем, автолюбители сыпались на экзамене один за другим».

Уже в следующем году Рязанов сел за руль собственного автомобиля. «В начале 1956 года я купил свою первую машину „Победа“. В очереди на автомобиль надо было отстоять не менее трех лет. Когда в моей жизни ничего не маячило, не светило, деньгами не пахло и неизвестно было, откуда и когда они смогут появиться, я и записался в очередь на автомобиль. <…> Когда до сдачи картины („Весенние голоса“, снятой вместе с Сергеем Гуровым. — Е. Н.) оставался месяц, выяснилось — очередь на „Победу“ подошла, надо срочно вносить деньги. Я пошел к Ивану Александровичу Пырьеву — директору „Мосфильма“ и, объяснив ситуацию, попросил заплатить мне мою долю постановочных (так в кино называется гонорар режиссеру) немедленно.