Заметки на полях. Рязанов и телевидение

«В семидесятые годы с Рязановым как с персоной познакомились десятки миллионов людей, — писал Василий Аксенов. — Каждую неделю он появлялся на экранах телевизоров со своей „Кинопанорамой“ в своей неизменной черной кожаной куртке, этой униформе левой творческой интеллигенции. Советские люди вдруг обрели умного и ироничного друга, от которого веяло подлинностью и полным пренебрежением к конъюнктуре. По сути дела, Эльдар был тогда одной из загадок советского телевидения. Я как-то написал статью для американского журнала о советском телевидении, в которой сказал, что оно не так плохо, каким, по идее, должно бы быть. Хозяин „Кинопанорамы“ был одной из самых ярких составляющих советского телевидения, загадочного, как и все советское искусство. Думаю, не ошибусь, если скажу, что именно тогда возникла основа колоссального авторитета Рязанова среди нашей публики».

Ведущим «Кинопанорамы» Эльдар Александрович пробыл семь лет: с 1979-го по 1985-й. С точки зрения современного телевидения, Рязанов, вероятно, был вопиюще непрофессиональным ведущим — непринужденно разваливался в кресле и облокачивался на стол (одно это уже послужило мишенью для пародистов), злоупотреблял жаргоном, словами-паразитами (любимыми рязановскими оборотами в ту пору были «так сказать» и «вообще»), постоянно перебивал собеседников… Однако на постно-аскетическом советском ТВ такая манера была глотком свежего воздуха — вся страна в мгновение ока запомнила Эльдара Рязанова в лицо и полюбила как родного.

Обрадовавшись приходу гласности во второй половине 1980-х, Рязанов решил, что телевидение моментально изменится в лучшую — свободную — сторону, но, как назло, именно этот институт дольше всех оставался едва ли не самым зашоренным и реакционным в стране. После того как искромсали юбилейный творческий вечер Рязанова в 1987 году, а затем подвергли вивисекции одну из серий цикла «Четыре вечера с Владимиром Высоцким», Эльдар Александрович предпочел расплеваться с телевидением.

В апреле 1988 года в журнале «Огонек» вышла обличительная статья Рязанова «Почему в эпоху гласности я ушел с телевидения?». Поразительно, но многое в ней звучит справедливо и по отношению к современному российскому ТВ:

«В газете есть такое правило — человек, у которого идет материал, статья, интервью, должен поставить на нем свою визу, что он согласен с правкой, с сокращениями. Если же он не согласен, у него есть право не дать разрешения на публикацию своей работы.

И пресса обязана с этим считаться. Но ничего подобного не существует на телевидении. Сколько раз видел я на голубом экране людей, которых я знал лично как умных, талантливых, а их выступления казались мне пустыми, бессодержательными, порой глупыми. И я видел или слышал неуклюже сделанные стыки и понимал: вырезали что-то стоящее, острое, индивидуальное. Скольких людей наше телевидение благодаря перестраховочным вырезкам представило в превратном свете, а попросту говоря, дискредитировало. Необходимо ввести правовое защитное правило — без визы человека, который о чем-либо рассказывает на экране телевидения, редакция программы не имеет права на демонстрацию в эфире».

Видимо, бороться с этим телевизионным волюнтаризмом просто бессмысленно, раз уж за тридцать лет ничего не изменилось.

После почти четырехлетнего отсутствия Рязанова на телевидении он вернулся туда с подлинным триумфом: можно даже сказать, что в 1990-е годы Эльдар Александрович куда плодотворнее работал для малого теле-, нежели для большого киноэкрана.

Когда бывший редактор «Кинопанорамы» Ирена Лесневская организовала компанию «РЕН ТВ», она первым делом предложила сотрудничество именно тому старому знакомому, контракт с которым виделся ей наиболее ценным приобретением для новой телевизионной стези.