Добавим, однако, что еще более очевидно влияние на создателей фильма комедийных образцов итальянского неореализма (особенно картин «Полицейские и воры» и «Закон есть закон») — и уж это как раз наверняка было специально просчитано тандемом Рязанова и Брагинского.

Кроме того, Рязанов в «Автомобиле» продолжил дело, начатое им в «Жалобной книге» и лаконично выраженное словами подполковника в отставке Сокол-Кружкина, брутально сыгранного Анатолием Папановым: «С жульем, допустим, надо бороться!» По этому случаю еще раз обратимся к одноименной статье Виктории Тяжельниковой, в которой высказано немало ценных мыслей относительно высокого гражданственного содержания и этой рязановской картины:

«Бессилие милиции авторы подчеркивают на протяжении фильма неоднократно, показывая таким образом бессилие системы в целом. Именно неспособность милиции принять меры по записке, приколотой Деточкиным к первой угнанной машине, толкнула его на то, чтобы продавать краденые „Волги“. Бессилие милиции — во фразе, брошенной Максимом Подберезовиковым Диме Семицветову: „Ну, звоните, когда у вас машину угонят“. Бессилие милиции — в неспособности милиционера, роль которого играет Г. Жженов, догнать Деточкина на испорченном мотоцикле. Бессилие следователя Подберезовикова — в том, что он ничего не знает о „клиентах“ Деточкина и у него нет никакой картотеки на взяточников и воров.

Из всего этого с неизбежностью вытекает обреченность на поражение работающей вхолостую огромной государственной машины, которая сражается с „ловкачами и жуликами“ как-то формально, как будто по заранее заданной программе даже тогда, когда эта программа не соответствует текущей реальности. Эта огромная машина действует как по заранее написанному сценарию, как в театре. <…>

Расширяя границы театра до самодеятельного, авторы фильма показывают невостребованность людей, одаренных в различных сферах. Ведь, по сути, все „жулики“, показанные в фильме, необычайно талантливы, изобретательны и предприимчивы. Тот же Дима Семицветов способен организовать покупку и доставку магнитофона через границу, которая, как было принято считать, „на замке“. Димин тесть, роль которого исполняет Папанов, не из нужды, а из удовольствия выращивает „кулубнику“. Да и сам Деточкин — талантливый сыщик, но поскольку на его услуги у государства нет спроса, он вынужден заниматься всем этим на досуге. Заметим, что в России „самодеятельным“ называлось экономически активное, трудоспособное население, которому, в силу условий 1960-х гг., приходилось свою экономическую активность либо ограничивать пределами дачного участка, либо проявлять в нелегальной сфере. Иная активность населения (идеологическая, политическая) исключалась вовсе, иной активности было место только на подмостках клуба, она реализовывалась лишь в исполнении классических пьес.

Метафора „народного театра“, использованная авторами, позволяет показать смещение не только границы между театром и жизнью, но и между „своими“ и „чужими“: миру формально честных перед законом „ловкачей и жуликов“ противостоит Деточкин, который „хоть и вор, но бескорыстный, честный человек“. Фильм отразил страшную в нравственном отношении реальность последней трети XX в., когда практически повсеместно „преступный“ и „честный“ перестали быть антитезами. Смешение этих нравственных категорий привело к появлению этических мутантов — формально честных и формально преступных людей.