Когда я спускалась по лестнице, у меня было такое чувство, будто мы с Джереми превратились в парочку цирковых клоунов. В дверь уже стучался мой брат.

— Уильям, выглядишь неважно.

— Ты тоже. Как только узнал, сразу помчался.

— Не стоило беспокоиться.

— Лиззи, мне просто приятно.

Войдя в квартиру, я без лишних предисловий представила друг другу дядюшку с племянником, и Джереми пожал Уильяму руку, не вставая с кушетки. Братец прищурился, точно желая сказать: «А сопляк-то грубиян, даже подняться ему недосуг».

— Уильям, у Джереми рассеянный склероз.

— Ах ты, вот черт! Лиззи, есть что выпить?

— Анисовый ликер. Не представляю, какой он на вкус. Стоит у меня еще со времен администрации Рейгана.

— Рискну. — Уильям обернулся к племяннику. — Да уж, самый настоящий племянник.

— Точно, настоящий.

— Дай-ка я хоть посмотрю на тебя как следует.

— Уильям, это не кокер-спаниель…

Но Джереми не возражал:

— Пусть.

Уселся прямо.

Уильям, как водится среди мужчин, все выискивал свои черты на лице моего сына. Я вошла в комнату с ликером и бокалом, и брат проговорил горделиво:

— Есть в нем что-то мое, правда?

— Ну просто вылитый.

— А-а, вот и ликерчик. Что ж, на безрыбье, как говорится…

Он повернулся к Джереми и поднял бокал:

— За знакомство. Жаль, со здоровьем тебе не подфартило. — Хлопнул стопочку. — Черт, какая гадость. Еще плесни, будь добра.

Джереми, то ли в шутку, то ли всерьез, поинтересовался, какой фильм крутили в самолете.

— Знаешь, что-то про зомби. Там еще машины постоянно врезались. В конце концов разбитные девицы с грудями, как арбузы, спасли планету.

— Я почти все время чувствую себя как зомби.

— А что делать…

— Хорошо хоть можно поспать всласть.

— Неудивительно.

— Да, крепкий здоровый сон важнее всего.

Джереми безжалостно атаковал ничего не подозревающую жертву. Я решила применить обходной маневр.

— Кстати, а кто-нибудь знает, откуда вообще берутся зомби?

— В каком смысле?

— Они ведут себя как нормальные люди, пока их не укусит ходячий мертвец. Почему после укуса они не умирают, а тоже превращаются в зомби?

Сын пояснил:

— Когда человек превращается в зомби, у него исчезает душа. Больше для него нет ни ада, ни рая — совсем ничего, поэтому они такие злые. У них из жизни пропало самое главное, и безвозвратно.

Уильям взболтал ликер, оставшийся на донышке.

— Да уж, весело.

Джереми проговорил:

— В детстве родители использовали слово «зомби» в переносном смысле, когда говорили о ярых гуманистах.

Я сочла нужным пояснить:

— Джереми несколько раз попадал в религиозные семьи.

— Несколько раз? — Уильям решил сменить тему. — А где мать? Где Лесли?

— Я им еще не перезвонила.

— И правильно. Советую попробовать ликер, племяш. И ты присоединяйся, Лиззи.

Я сходила за бокалами. Уильям налил нам и произнес тост:

— Что ж, за тебя. С возвращением.

Мы чокнулись и выпили греческое зелье — настоящий скипидар. Брат зевнул.

Джереми поинтересовался:

— Устали?

— Смена часовых поясов. В первом классе было битком, да еще этот аэропортовский «икарус» — уф-ф.