Лоррин откинул со лба мокрые волосы, бросил руль и вскинул руки. Всадники на берегу замельтешили и отъехали подальше, явно опасаясь нападения.

«Должно быть, это отцовские вассалы, а то давно бы уже напали…»

– Держитесь! – крикнул Лоррин. Рена мгновенно послушалась: она знала, что брат зря предупреждать не станет.

А Мире не успела: она все еще искала какое‑нибудь оружие.

Треск, вспышка – и лодка рванулась вперед так внезапно, что Рена упала на дно. Если бы она не схватилась за борта обеими руками, то полетела бы в воду.

Как Мире.

Рена разжала руку и попыталась ухватить служанку за одежду, но поздно. Лицо девушки мелькнуло позади, на волнах, и исчезло за пеленой дождя. Лодка мчалась вперед вдвое быстрее скачущей лошади.

– Стой! – крикнула Рена брату. – Мире потеряли!

Лоррин только уныло покачал головой, все еще держа руки над головой и морщась от напряжения.

– Не могу! – ответил он. – Но заклятие будет действовать, пока не кончится!

Рена оглянулась назад. Мире скрылась из виду, а эльфийские всадники превратились в крошечные точки на берегу. Мгновением позже исчезли и они, растаяв в серых потоках дождя. Лодка неслась все быстрее.

Они остались одни. Сердце девушки сжалось от страха.

***

Когда лодка замедлила ход, гроза осталась позади. Беглецы очутились в диких землях, не принадлежащих никому из эльфийских владык. Лоррин был серым от усталости, а у Рены разболелись руки – так крепко она цеплялась за борта. Река была полна коряг, и Лоррину несколько раз приходилось резко менять курс, чтобы избежать столкновения.

В конце концов, когда действие заклятия кончилось, Лоррин, используя инерцию, вырулил к южному берегу.

Они забросили свои мешки в прибрежные кусты и неуклюже выбрались из лодки на невысокий берег. Лоррин отпихнул лодку и отправил ее дальше по течению. Брат с сестрой смотрели ей вслед, пока лодка не скрылась из виду.

– Если повезет, они не догадаются, где мы выбрались на берег, даже если найдут лодку, – сказал Лоррин, вскидывая мешок на плечи. – Так что, надеюсь, нам удастся оторваться от погони.

Рена надела свой мешок, жалея, что в нем не осталось сухих вещей. Девушка промерзла до костей и даже дрожать перестала. Холод и страх сковали ее ледяным панцирем.

– И куда же нам теперь идти? – робко спросила она, стараясь, чтобы это не звучало как обвинение. – Мире мы потеряли…

Юноша вздохнул и посмотрел в сторону леса.

– Ну, она говорила, что драконы живут недалеко.

И вроде бы где‑то на юге…

Про юг Мире, кажется, ничего не говорила, но это было не так уж важно. На юг – так на юг: главное, уйти подальше от тех, кто будет их искать. Рена махнула рукой.

– А ты можешь.., ты не чувствуешь, есть ли поблизости кто‑нибудь? Кто‑нибудь, кто может нас искать?

Рене было страшно. Очень страшно. Позади – враги, вокруг – неизвестность, а проводница их потерялась, и вряд ли они когда‑нибудь ее снова увидят. Что же делать?

– Эльфы, в смысле? Пользоваться эльфийской магией, наверно, небезопасно, но есть еще такая людская штучка – подслушивание мыслей… Сейчас попробую.

Лоррин закрыл глаза и стал напряженно прислушиваться.

– Ничего не чувствую. Вокруг только животные. Так что мы, видимо, в безопасности – по крайней мере, на время. Наверно, ничего не случится, если мы найдем укрытие, разведем костер и обсушимся.

«Обсушиться… Согреться…» Рена уже не смела надеяться, что им все‑таки удастся спастись. Сейчас даже обычное тепло представлялось райским блаженством.