Десантник мигом прекратил удерживать меня и выпрямился.

– Как так? – удивился он.

– Удар пропустил?

Ефрейтор кинул на меня взгляд далёкий от дружелюбия и виновато понурился.

– Не уследил, ага…

– Поторопился и на левую руку его клюнул, а он тебе в подмышечную впадину ножик сунул. Положим, после такого ты бы противника всё же скрутил, но и сам бы с ним рядышком прилёг.

Глафира басовито рассмеялась.

– Это ты, Карпуша, дал маху!

Ефрейтор развёл руками и беспечно улыбнулся.

– Бывает!

– Всё бывает, но что-то только раз в жизни! – шикнул на него Николай Тарасович и обратил своё внимание на меня. – А теперь поведай нам, Пётр, это у тебя случайно получилось или намеренно?

Врать я не решился, да и смысла особо не видел, признался как на духу:

– Учили. – И сразу добавил: – Немного. В теории…

– И кто же? – полюбопытствовал инструктор.

– Один прапорщик в комендатуре… – уклончиво ответил я.

– Никак Михал Дмитрич?

Оставалось лишь кивнуть.

– И как он? Всё квас глушит в безмерных количествах? Не опух от него ещё?

– Глушит. Не опух. Он на складе…

– Да знаю я, – отмахнулся Николай Тарасович и указал на меня своим помощникам-подопечным. – Кадр-то у нас перспективный! Михал Дмитрич кого попало учить не станет!

Я попытался пояснить, что дело в назначенном наказании, но этого лепета никто и слушать не стал. Перспективный – не перспективный, загоняли меня до седьмого пота. Сначала Поликарп за свою первоначальную промашку реванш взял, затем Иван Воронец удары ставить начал, заодно поправляя огрехи техник закрытой и открытой рук. Что понравилось больше всего – мне и на мне показали возможности управления кинетической энергией в рукопашных схватках. Уметь превратить внутренности противника в фарш выплеском сверхсилы – это здорово, но применимо далеко не всегда, а вот способность откинуть от себя противника импульсом представлялась в высшей степени актуальной. Жду – не дождусь, с Боренькой в спарринге сойтись…

Тренировка затянулась, с площадки я в итоге чуть ли не уполз. Принял душ, доковылял до госпиталя и поужинал в столовой, затем поколебался немного и, вызнав у вахтёра расположение библиотеки, отправился на поиски этого храма знаний. Нужно было прояснить момент с заземлением. Да и рановато спать ложиться, не сидеть же в комнате одному до самого отбоя.

Глава 5

Дальше, сам не заметил, как втянулся в рутину. После утреннего построения рвал жилы на тренировке, затем пытался проломить головой стену на занятиях в учебной части. Первое – буквальным образом, второе – лишь фигурально, но с тем же предсказуемым результатом. Увы, продвижение к пику румба совершенно неожиданным образом приостановилось, выдать мощность выше двадцати восьми киловатт я попросту не мог. С управлением кинетической энергией ситуация сложилась аналогичная: кое-какие подвижки имелись, но столь мизерные, что при одной мысли об этой начиналась изжога.

И на одну лишь невосприимчивость к гипнокоду списать свои неудачи уже никак не получалось. Принцип был мне прекрасно понятен, просто не выходило направить импульс точно в требуемую точку и всё тут. Вот с монетами – запросто. Их я теперь запускал в воздух десятками и, если поначалу они сталкивались и разлетались в разные стороны, то уже к субботе заставлял их висеть и даже кружиться вокруг меня на протяжении десяти-пятнадцати минут. Но и тут имелось одно существенное ограничение: в момент первого импульса требовалось физическое касание.