Теодор  бил бак все сильнее, пугая жителей дома, не вовремя вышедших выкинуть мусор.  Джон не просил денег в долг и даже не ел толком. Зачем было нужно его выгонять  из дому, бросая в центр миграционного контроля?!

Джон  знал столько удивительных вещей, сколько брат и даже отец не могли себе  представить. Мурчание кошки, ароматы леса после дождя, восторг от фейерверка в  ночном небе. Он мог передать через эмоции: прикосновение теплого ветра,  ощущения надежды, гнева, привязанность к тем, кого называет друзьями по роду. А  еще то слово, “дом”... Джон произносил его одновременно с грустью и надеждой, и  с такой тоской, словно потерял там нечто очень важное.  Неправильно-неправильно-неправильно!

Целитель  устало присел у холодной стены и заплакал. Будь сейчас Джон рядом, он бы  сказал, что Тео испытывает эмоции, которые не может осознать из-за скудного  словарного запаса. Слово — придает форму. Предмету, чувству, явлению. В наборе  произносимых звуков и заключенного в слове смысла скрывается душевный порыв  разумного существа. Но Тео, ограниченный одним лишь [Аои], не мог выпустить  наружу то, что бушевало сейчас в его сердце.

Неправильно!  Это все неправильно!

Проходивший  мимо переулка Райан Ао остановился и, заметив сына, не спеша подошел. В отличии  от неопытного сына, отец понимал, почему парень себя сейчас так плохо чувствует.

—  Злишься?

–  Аои!

Молодой  целитель вскочил на ноги и буквально накричал на отца. Несколько любопытных  прохожих заглянули на миг в переулок.

—  Думаешь, я поступил неправильно, запретив тебе общаться с этим чужаком?

–  Ао-и.

Тео  опустил голову. Отец, улыбаясь, медленно кивнул.

–  Куда же делась твоя уверенность, мальчик мой? — Райан посмотрел на сына,  прячущего провинившийся взгляд. – Ты же только что считал, что я действую  неправильно. Злился и кричал, пытался что-то доказать. Не знаешь? Я скажу тебе  то же, что и вчера, когда ты пришел с пустым системным кольцом, сказав, что  Джон наконец сможет оплатить свое лечение. Такие как он — вечные чужаки,  слоняющиеся по городам пробужденных в поисках легкой добычи. Мошенник по жизни,  сближающийся с жертвой, входящий к ней в доверие, а потом обманывающий или  предающий. Ты видел его раны, сын? Скажи-ка мне, кто посмеет применять такую  магию в городской черте?!

Теодор  исподлобья глянул на отца.

–  Аои.

–  Подполье, сын.

Отец  Теодора поднял голову, направив взгляд на едва видимый купол города.

--  Вчера дядя Беркс уточнил у своих, не теряли ли они живой труп с ником Джон Голд  неподалеку от нашего дома.

–  Аои?!

–  Да, мои подозрения подтвердились. Оказывается, этот парнишка, Джон, весьма  известен в криминальных кругах Эторофу. У него есть способность к сильному  гипнозу через контакт с аурой. Подполье хотело показательно избавиться от  паразита, выбросив в едва живом состоянии в жилых кварталах. Шпана поймет, чьих  это рук дело. Стражи порядка получат повод закрыть несколько нераскрытых дел.

–  Аои?

–  Не знаю, что Джон тебе там наговорил, сын, но это все было ложью. Он просто  использовал доверчивого неопытного целителя ради собственной выгоды.