–  Почему? Может, вам нужна ответная услуга?

–  Нет, – Торговец поднял руку в останавливающем жесте. – Нет, прошу. Никаких  любезностей. Просто примите помощь и живите дальше.

Как  же неприятно видеть такие вещи. По блеклым оттенкам ауры видно, что торговец  потерял веру в себя и не хочет вовлекать посторонних в свои проблемы. Похожий  отпечаток оставляет тюрьма, утрата близких и предательство от тех, кому  доверял.

Подключив  личное кольцо-инвентарь к складу, Наумар вытаскивал из него образцы. Один за  другим на прилавке начали появляться руды и минералы, добываемые в шахтах  Алексиум-Нар. Прикасаясь к полезным ископаемым, я через доспех духа вводил  внутрь немного своей ауры, давая сверхнавыку идентификации запомнить название  предмета и ощущение от контакта. Таким образом, в понятийном ядре знаний данные  о рудах и минералах записывались сразу на несколько уровней.

Принцип  формирования залежей руды и минералов в мирах, где уже началась Битва за  Будущее, отличается от земных стандартов. Есть такой термин, как оруденение –  это когда высокая плотность эманаций земли и маны приводит к тому, что горная  порода превращается в маноактивный материал. Именно эманаций земли – это сильно  разряженная версия эссенции земли в виде облака, без четкой формы.

В  одной и той же местности могут встречаться десятки видов руд и минералов, но не  в форме крупного многокилометрового рудного тела, а скорее вкраплениями длиной  до нескольких метров. Чем выше плотность маны, тем больше руды формируется. Чем  выше концентрация эманаций земли, тем более редкие полезные ископаемые появляются.

Гномы,  с их верой в Камень, действительно являются одними из лучших шахтеров во всех  известных мирах. Чем их больше, тем лучше они чуют горную породу вокруг. Тот  редкий случай, когда коллективный труд и впрямь прописан у целой расы в крови.

На прилавок  лег последний драгоценный камень из запасов Наумару.

–  Мда! Многовато добра на складе скопилось за девять лет.

Старый  торговец указал пальцем на синий драгоценный камень, лежащий на столе.

–  Этот крохотный сапфир тут лежит еще со времен моего предшественника. Гном  Фескус! Фамилию уже не помню. Говорят, сволочью был редкостной. Все мечтал два  минерала сплавить в один и выкупить себе свободу. Помер прямо тут от взрыва  маноактивных кристаллов. Прежний управляющий даже труп его убирать не стал. Я  когда приплыл, захожу, а прямо за дверью, с пола на меня смотрит оторванная  взрывом голова. Вонища стояла такая, что из глаз слезы потекли.

У  меня не было настроения болтать о прошлом. Сейчас надо о будущем думать.

–  Девяносто три позиции.

Теперь,  через контакт со своей аурой, я могу распознать показанные полезные ископаемые.

–  Это не всё, Джон. Согласно каталогу мадам Лессы Нар, всего на шахте есть 112  добываемых наименований. На часть из них наложен запрет на хранение в лавке, –  старик задумался на секунду. – Ах да! Ты еще ничего не видел. Тут на верхних  горизонтах порой находят окаменелые кости и растения, скупаемые богатыми  благородными. Панцири, бивни, но больше ценятся целые скелеты. Четырнадцать  разных видов. Когда-то во Фризе было меньше воды, и на суше обитали диковинные  звери.