Март принёс столько снега, что мы просто не смогли в итоге с ним справиться, а затем он закономерно растаял. При этом одно стихийное бедствие сменилось другим — снегу решил помочь дождь. В итоге нас попросту затопило. Даже поднятое от земли сантиметров на семьдесят крыльцо, полностью скрылось под водой.

Бывшие первые этажи и до того вечно «пытались уплыть» каждую весну, а сейчас вода вообще сантиметров на десять затопила площадку перед дверью в подъезд. Мало того что пёрла грунтовая, так теперь ещё всё это безобразие, прекрасно пополнялось талой.

В общем, снова ждать, а ведь пошла вторая половина апреля, и как я уже говорил ранее, Есенин прибывал в крайне возбуждённом состоянии, заодно и мне все нервы измотал.

Но я сохранял спокойствие, по крайней мере, на паводок старался не злиться. Это природа, и её законы нам неподвластны. Видимо, ей необходим этот разлив, а значит, она сама решит, когда следует отвести воду.

Митяй, к слову, тоже не переживал по данному поводу, напротив, нашёл во всём этом буйстве стихии плюс. Озеро, что служило нам водохранилищем и питало трубы в летний период, имело в себе достаточно рыбы. А та, в свою очередь, почувствовала в разливе раздолье, чем с удовольствием и воспользовался завхоз. Он с утра до ночи сидел на балконе третьего этажа и рыбачил.

Не сказать, что улов шикарный, но ему, похоже, он и не нужен, больше по кайфу сам процесс. Глядя на него, и другие потихоньку перешли на данный способ времяпровождения. Куда ни взгляни, из окон и с балконов торчат удилища, а по улице эхом гуляет вопрос: «Ну что, клюёт?»

Идиллия продлилась три дня, а затем вода ушла. Буквально за одну ночь. Теперь то, что ещё недавно напоминало Венецию, сейчас походило на грязную канаву. Пришлось выжидать ещё до тех пор, пока глина более или менее не просохнет, чтобы выдержать на себе вес грузовика. Но пока по ней не то что ездить, даже ходить невозможно.

Однако человек всё же не просто так считает себя венцом эволюции. Уже на второй день на улицах города стали появляться люди со странной, неуклюжей походкой. Однако иначе с привязанными к ботинкам «импровизированными снегоступами» не получится. Кто-то для этого применил доски, по типу лыж, кто-то листы фанеры, были и те, кто использовал крышки от баков или больших кастрюль. Но для выезда тяжёлой военной техники всё равно было пока ещё слишком рано.

Самое важное, что стартовые вещи для освоения новых территорий уже переброшены, вопрос стоял именно в людях. Я не удивлюсь, если провизию, да впрочем, и всё остальное тоже, давно погрузили на баржи и лишь ожидают нас.

Не совсем нас, конечно, скорее, первую партию переселенцев. Сам я, как и моя семья, а также большинство членов совета, отправимся в поход с последним рейсом. На первые суда ступит Есенин с Кристиной, именно на их плечи и ляжет вся первичная подготовка.

Да, с ними отправятся военные, едва ли не половина всех, что мы имеем на данный момент. Ну а оставшиеся места займут работяги.

И, несмотря на то, что все они оставляют здесь свои семьи, никто не ноет, не скулит. Люди заняты делом, а ведь ещё совсем недавно в очередной раз назревало всеобщее недовольство этим самым переездом.