Очень неудобный, но удивительно проходимый внедорожник отечественного производства. Однако у нас только такие, простые и надёжные как кирпич. За прошедшее лето мы сильно прибавили в технике, отчего ситуация с топливом, уже не казалась столь радужной. Но это ещё мелочи, вот заправить баржу, а мы решили прихватить сразу три — реальная проблема.

УАЗ свернул к казармам и вскоре замер у одной из высоток. Мы опять выскочили на мороз, чтобы в следующую секунду скрыться от него в подъезде. Вот и спрашивается: «На кой чёрт мне эти перчатки?»

— Ваша Светлость, — взял под козырёк встречающий прапорщик и тут же поспешил проводить.

Спуск на первый этаж, где давно заложили окна и вычистили всю глину. Даже отмыли до первозданного состояния и стены освежили краской. Плюсом ко всему, планировку пересмотрели и подвели под состояние казённых лабиринтов, где с первой минуты невозможно ничего понять, а заблудиться — вообще раз плюнуть. Но мы здесь не вчера появились, потому и без помощи прапорщика нашли нужный склад.

Здесь получили оружие, а затем покинули уютное тепло, выйдя с противоположной стороны. Прапорщик всё ещё следовал рядом, а затем передал нас своему коллеге. Тот точно так же поприветствовал нас, взяв под козырёк, и распахнул двери в боксы, где вовсю суетились люди.

— Все здесь⁈ — первым делом уточнил Толя.

Народ моментально побросал все дела и выстроился. Командир осмотрел их, коротко кивнул, и всё снова пришло в движение.

Вскоре двигатели Уралов и УАЗов затарахтели, заполняя удушливым выхлопом помещение. Но почти сразу ворота распахнулись и мы, переваливаясь, покинули уютное тепло. Рейд на Пермь начался.

Казалось бы, впереди переезд и должно быть жаль отпускать насиженное место. А впереди ещё ожидает суета, наверняка недовольство со стороны людей — а мне весело. Ощущение приятных перемен не покидает меня уже несколько дней.

Вид у города, конечно, тот ещё. В тот день, когда его запалили, ребята постарались на совесть. Большинство кварталов представляли собой чёрные руины, казалось, запах гари до сих пор не выветрился. Многие дома не выдержали температуры, а заодно и собственный вес. И как только материал перестал отвечать заложенным требованиям прочности, здания рухнули, потянув за собой другие, что расположились в опасной близости.

Жить здесь снова вряд ли получится, по крайней мере, не сейчас. Может быть, в будущем, лет через сто кто-нибудь решится восстановить эти руины. Но нельзя исключать, что их просто сожрёт природа, обратит в курганы, холмы и овраги. Хотя очень многое всё ещё продолжит торчать из-под земли, даже спустя пять столетий. Этот мир долго не забудет былую мощь человечества.

— О, смотри, порт вроде цел! — указал пальцем в окно УАЗа Толя. — Хотя чему там вообще гореть, да и находится на отшибе.

— То, что порт живой и так было понятно, — не разделил я его радости. — Но в момент катастрофы уже открыли «навигацию», так что нужных нам судов можно и не найти.

— А нам много и не нужно, — отмахнулся тот, — Пара теплоходов да баржи штуки три. А уж этого добра здесь всегда хватало.

— Ну, будем надеяться. С командами у нас что?

— Вот с этим не очень, — поморщился тот. — Максимум две неполных.