Сейчас меня хотя бы не осуждали за мягкость в отношении своих друзей. Да, кому-то это всё равно казалось лишним, мол, так поступить с давним товарищем, ещё и прилюдно… Однако большинство моё решение поддержали. Перед законом все равны.

— Я ничего не говорил им о твоих планах, — уставшим голосом ответил Толя.

— Вот скажи мне, ты что, идиот? Какого хуя ты к ним попёрся⁈

— Я хотел…

— Блядь, я знаю, что ты хотел. Мозгов не хватило обдумать или посоветоваться со мной?

— Ты бы не позволил.

— Не догадываешься почему?

— Я извинился.

— Я хочу знать, что ты им сказал.

— Что ты убьёшь их всех, если они не сдадут тебе крепость и смерть эта, будет очень долгой и мучительной. Ничего конкретного не сказал, я ведь не полный идиот.

— Уверен? Как по мне — полнее, чем следовало.

— Будешь меня до конца жизни этим попрекать?

— Скорее всег, о да.

— Да иди ты в жопу, понял?

— Хочешь ещё плетей получить? Хорош генерал, которого рядовые выпороть могут.

— Блядь, Глеб, хватит на мозги капать, без твоих нравоучений хуёво! — наконец-то разозлился он.

— А ты хоть на секунду задумался, каково было мне? А если бы они тебя не выпустили?

— Значит, подох бы там, вместе с остальными. Невелика потеря, раз уж я такой хуёвый.

— Дурак ты, — поморщился я и оставил Толю наедине с собой.

В палатке уже собрался совет, ожидали только меня. Я молча вошёл в шатёр и уселся на своё место. Даже не поздоровался. И это не осталось незамеченным. Тысячники, которые что-то громко обсуждали, тут же притихли и уставились на меня в ожидании приказа. Однако я продолжал сосредоточенно молчать.

— Ваша Светлость, — всё же решился нарушить мои мрачные мысли один из присутствующих.

— Да, — сухо кивнул я. — Докладывайте.

— Артиллерию установили здесь, здесь и здесь, — тут же заговорил он. — Всё сделали тихо. Техника перебросила орудия на расстояние в пятнадцать километров, дальше её транспортировали при помощи лошадей, чтобы не создавать лишнего шума. При этом учли все ваши приказы. Сделали тихо и пушки остались манёвренными.

— Хорошо, — одобрил я. — А говорили, что это невозможно.

— Виноват, Ваша Светлость! Вы оказались правы, достаточно было лишь немного подумать.

— Сколько расчётов на каждой позиции?

— По три, как вы и просили. Всего задействовано девять орудий. Каждое успеет произвести по три залпа, включая пристрелочный осколочно-фугасным. Далее артиллерия отойдёт вот на эти позиции и повторит залп. Отряд наводчиков почти выбрался на позицию, так что всё готово. Сможем начать примерно через час.

— Отставить, — вдруг принял я странное для себя решение. — Отзовите людей, утром выступаем на Казань.

— Но, Ваша Светлость… У нас есть реальный шанс занять прекрасно укреплённую позицию.

— Вы слышали приказ?

— Да.

— Тогда в чём проблема? Выполнять! — рявкнул я, резко поднялся и вышел на улицу.