– А это кто?

– Ой, да у нас тут одна большая страна была на весь континент, в которую не все хотели объединяться, вечно какая-то буча на разных концах, – отмахнулся Валдар – Конкретно эти ребята вообще странные, они всё протестовали против прогресса во всех его формах, мол, это путь к смерти… Но я тебе правда ничем не помогу по делу, - опомнившись, вернулся он к основной теме разговора. - Я же когда тут застрял, первое время вообще не понимал, что происходит. Думал, это меня просто каким-нибудь искажением шарахнуло, я и клюкнулся… То есть помер. А это такое вот посмертие. Сначала радовался, потом подумал, что богам чем-то не угодил. Начал вот миры собирать, справедливость там творить и всякое такое, надеялся прощение заслужить, очиститься и всё-таки податься на перерождение, как жрецы говорили... Потом уже, когда дикари начали появляться, догадался, что помереть-то я помер, но не до конца,и это не посмертное наказание. Но вообще, если я один тут завис, то небось и другие есть. Наверное, эфир как-тo закоротило. Последнюю новость вбросили о том, что где-то там что-то взорвалось на севере, а потом всё. Наверное, у нас тоже что-то взорвалось.

– Чушь какая, – проворчала я. – Тайюн хоть и тот еще странный эксперимент,и неестественные до тошноты, но они точно не трупы. Я же его вскрывала, видела. Метаболизм наполовину магический, само оно существовать не способно, но оно, определённо, живое. И никакой вирус не объясняет того, что они каждый год вдруг размножаются делением на сто и волной прут нападать на местное население!

– Да я не знаю, я же не биолог, - ещё больше смутился он. - Да и вообще я с наукой… ну как-то не очень.

– Лет-то тебе сколько, голос в голове? - сообразила я. – Было, когда всё это случилось.

– Сорок!

– А если честно? Только совсем честно.

– Двадцать три...

– Ясно всё с тобой. Хотя для малолетнего обалдуя ты всё-таки достаточно толковый, это радует. А про книжку у вас там что-нибудь говорили? Которая с этими тварями связана.

– Не знаю, ничего такого не встречал, – кажется, Валдар чуть повеселел. Думал, воспитывать его начну, что ли? Ну да, охота мне терять единственный источник информации! Тем более в свои двадцать он знает куда больше, чем некоторые мои знакомые в двести, и я сейчас совсем не об инчирах.

– Жалко. Тогда давай попробуем с другой стороны. Это твоё эфирное пространство может помочь мне в чтении книги, написанной на вашем языке?

– Ну… не знаю, – протянул он неуверенно. - Я даже не знаю, как я умудряюсь с тобой сейчас разговаривать, да и с дикарями этими. Ты же, наверное, если книжки наши не понимаешь,то и слова не должна понимать…

– Ясно, - вздохнула я. - Значит, утром будем перебираться в другое место в поисках более осведомлённого духа.

– Надеюсь, тебе повезёт, – ответил Валдар. - Только это, Стеваль… Ты, если вдруг кого найдёшь умного-опытного, спроси ещё, можно ли меня как-то отсюда вынуть? Ну то есть я не жалуюсь, но как-то это… Я всё с матерью ругался, она мне играть не разрешала – уроки же скучно, - заговорил он сбивчиво,торопливо, как будто я прямо сейчас собиралась уходить. - Думал, вот бы никто не трогал и не мешал, уж я бы тогда… Ну вот и домечтался. Век бы этого не видел!

– Попробую что-нибудь придумать, – ответила я как могла честно. Где он застрял и как на это повлиять, я поняла очень смутно,так что обнадёживать парнишку лишний раз не хотелось. Но его было жалко,и помочь хотелось совершенно искренне.

– Слушай, а может,ты мне расскажешь, что там на самом деле сейчас происходит? – оживился он.