В итоге старейшина, как обычно после исполнения своего священного долга хмурый, задумчивый и печальный, вернулся из госпиталя как раз к горячему и сразу заметно ожил.

– Микар, а расскажи мне подробнее о вашей священной долине. Что она из себя представляет? – попросила я, когда мы устроились за низким столиком с большими плошками ароматного варева.

– Инкар это... Инкар, - растерянно проговорил он в ответ. – Не знаю, что можно про неё сказать.

– А всё-таки? Какого она размера, какой там рельеф, ну и вообще, что именно там священное? Просто место? Без особых примет?

Долгие, подробные и местами достаточно мучительные расспросы позволили сформировать общее представление об этой весьма обширной местности. Совсем не такое, на которое я рассчитывала. Никаких признаков древнего города или чуть менее древней катастрофы, просто долина – ручьи, озеро, скалы. Ни руин, ни подозрительных образований, которые с натяжкой можно было за них принять. Микар вообще не сумел припомнить ни одной выраженной местной достопримечательности, но тут веры словам инчира не было: здешнюю статую, подпирающую головой облака, он тоже в своё время не посчитал достойной упоминания.

Да и названное Амиром «сердце Инкар» старейшина назвать не сумел. Не скрывал от меня какие-то ужасно священные подробности, а действительно не мог даже предположить, что именно считать таковым.

В общем, опасения подтвердились. Теоретизировать, сидя на Краю Мира, бессмысленно, ответы нужно искать только самой – и, боюсь,только там. Нет, я конечно попробую достучаться до местных духов, всё равно до окончания Сезона Смерти сниматься с места самоубийственно, но не думаю, что они помогут. Остаётся один призрачный шанс, что местные просто не понимают того, что объясняют им духи, а я сумею найти с ними общий язык – кругозор-то и знания у меня гораздо обширней, – но вероятность этого слишком ничтожна, чтобы всерьёз её рассматривать.

– Выходит, мне нужно туда попасть. По возможности скорее, - подытожила я.

– Куда попасть? В Инкар? - Микар изумлённо выгнул брови.

– Да. Я понимаю, что именно сейчас это невозможно, но хотелось бы добраться до тех мест сразу после исчезновения тайюн. Боюсь, если ждать конца года, когда вы туда и так соберётесь, я от вашей деревенской жизни совершенно озверею. А еще большой вопрос, сколько времени займут поиски там, не хотелось бы завязнуть до начала следующего Сезона Смерти. Есть у вас тут какая-нибудь Дверь, которая туда ведёт?

– Стай, ты... уверена? – в замешательстве пробормотал старейшина. - Понимаешь, женщины туда обычно не ходят...

– И что? - вздохнула я. – Есть какая-нибудь объективная причина, по которой мне туда нельзя, или это всё традиции в духе «женщинам не положено»? Микар, мы вроде бы договорились, что я попробую разобраться с тайюн и помочь инчирам,так? Я больше чем уверена, что истоки проблемы и её решение – именно там.

– Я... не знаю, – трагически вздохнул он. - Там опасно, женщинам обычно нечего там делать, и никто из них не пытался. Но я не могу объяснить это «нельзя» тебе. В Инкар идут мальчики,их отцы, которые помогают в обретении второго духа, и воины, которые oхраняют. Ещё звериный дух черпает там силы,и каждому мужчине нужно бывать там, чтобы дух его не ослаб. Пусть не каждый год, но нужно. Но мы не ходим туда в другое время, и женщины туда не ходят.

– Ладно, а принципиальная возможность есть? Двери работают?

– Я не знаю, – повторил Микар. - Никто не проверял и не спрашивал духов.

– Ну и что нам делать в такой ситуации? – проворчала я. - Предлагаешь плюнуть и оставить всё как есть?

– Я поговорю с остальными старейшинами, - сдался мужчина. - Вот только... – он замялся. - Не все из них могут принять твоё желание.