— От императора лично, — человек протянул запечатанный свиток.

Посол принял его двумя руками, коснулся лбом печати, показывая почтение, сломал печать и развернул. Послание было лаконичным: «Меня это заинтересовало. Если всё действительно так, как ты пишешь, то я готов согласиться с твоим планом. Отправляю письмо с доверенным человеком. Используй его как посчитаешь нужным».

Азерс Тулий поднял взгляд от письма императора на доставившего его человека.

— Леонидес Карилий, — представился тот.

Посол вздрогнул. Леонидеса он никогда не видел, но очень много слышал. Пёс императора, готовый выполнить любой его приказ. И враги императора, как правило, быстро и незаметно исчезали. И никто никогда их больше не видел. Человек для… разных деликатных поручений. И если император отправил сюда такого человека, значит, его действительно заинтересовало сообщение Тулия. И теперь либо его карьера резко взлетит… Либо его, как и многих, больше никто не найдёт. Азерс приглашающе указал на кресло напротив. Леонидес в скромность играть не стал и молча сел, пристально глядя на посла немигающим взглядом. Тулий торопливо зашуршал бумагами на столе.

— Прежде, чем перейти к делу, хотелось бы уточнить, какие именно приказы вы получили.

— Я и моя команда поступаем в полное ваше распоряжение для выполнения известного вам дела.

— Вы не один? — удивился посол империи.

Мысленно он ещё отметил, что пёс императора даже здесь, в комнате, не говорит, о каком деле идёт речь. Император и посла предупреждал, что никто не должен знать, какое задание он дал Азерсу и ещё некоторым назначенным в варварские королевства послам. Пауки при дворе если только прознают… Сожрут каждого, кто хоть на немного рискнёт покуситься на их интересы. А интересы очень многих будут затронуты. Император очень рискует, затевая такую игру. На грани играет. Но каждый разумный человек, которому небезразлична судьба империи, понимает, что другого пути нет. Иначе со смертью императора всё покатится в пропасть. Наследник совершенно не способен править при всём его уме. Он быстро превратится в игрушку разных группировок. Империя умоется кровью, когда начнётся делёж власти.

— Я прибыл со своей командой, — коротко осведомил посла Леонидес. — Нас десять человек. И Его Величество просил меня ознакомиться со всеми докладами ваших шпионов. Он считает, что… Ваш план слишком хорошо подходит, а потому вызывает… Скажем, опасение.

— Сам был в удивлении, — признал посол. — Так что понимаю Его Величество. — Он поднялся и прошёл в угол, где стоял массивный дубовый обитый железом сундук. Открыл его и вытащил стопку писем. Вернулся на место и положил их перед Леонидесом. — Письма лежат в хронологическом порядке. Так, как я их получал.

Тот молча взял пачку, разорвал стягивающий их жгут и углубился в чтение. С каждым листом его брови взлетали всё выше и выше. Вот он отложил последний лист. Задумался.

— Однако, — проговорил он. — Но это слишком хорошо, чтобы быть правдой… Я бы хотел лично во всём убедиться.

— Хотите отправиться в Тарлос?

— Да.

Посол задумался на мгновение.

— У вас не больше двадцати дней. Потом вы понадобитесь мне здесь.

Леонидес пристально глянул на посла. Тот молча перекинул ему ещё один отчёт от шпионов. Точнее сводку от всех, которую он как раз недавно закончил. Пёс императора молча взял листы и прочитал.

— Она свихнулась? — поинтересовался он без выражения.

— Есть такое подозрение, — не стал спорить Азерс Тулий.