Мергейты изменили тактику. Разорвать пополам армию Даманхура с налету не получилось. Теперь следовало изводить противника короткими выпадами, тучей стрел и арбалетных болтов, - степняки, прошедшие по Саккарему, быстро уяснили, насколько большой силой обладает этот невиданный ранее стреломет, и взяли его на вооружение. Хотя лучные стрелы мергейтов, пущенные в упор, с такой же легкостью пробивали любой щит и любой доспех.

    Доставалось и кавалерии Даманхура. Стоявшие на флангах конники наблюдали, как на них движется темная лава мергейтов, подходит на расстояние выстрела, выпускает множество стрел, а затем отходит. По счастью, степняки не причиняли особого вреда людям в доспехах, но ранили лошадей. Однако, следуя строжайшему приказу, саккаремцы, арранты и нарлаки не двигались с места, зная, что мергейтам необходимо спровоцировать конницу противника на атаку. В этом случае разгром неминуем - Гурцатовы псы немедленно возьмут отряд в клещи и перебьют.

    - Вот дерьмо! - выругался Драйбен, когда очередная стрела ударилась в его круглый щит, но, не пробив металлической оковки, только царапнула по поверхности и свалилась на песок. - Когда мы наконец начнем?

    - Когда пожелает Даманхур и его многомудрые военачальники. - Асверус мрачно взирал на равнину, где войско мергейтов перестраивалось в обширный полумесяц, готовый огромным серпом обрушиться на врага. - Шад во многом прав. При всех ошибках, допущенных при выборе диспозиции, он справедливо рассудил, что надо терпеть и дожидаться, пока варвары не решатся на плотный бой. Гонять по равнине мы их не можем, степняки более подвижны. А вот когда они завязнут в пехоте.

    - А если нет? - озираясь, предположил Драйбен. - Вдруг они никогда на это не решатся? Гурцат - а я с ним хорошо знаком - отнюдь не дурак. Тем более что ему помогает чужая сила Хозяина Пещеры. Представьте, мой принц: хаган увидит, что атаковать в лоб бесполезно, ибо пехота держит строй, и главнейшие свои силы направит на фланги. Только не в упор, со стороны восхода, а с полуночи и полудня. Он просто заставит своих командиров обойти наше войско, ударит по кавалерии, мы обязательно начнем отступать под таким натиском и затопчем свою же пехоту, зажатую между двумя огромными конными полками. Будь я на месте Гурцата - обязательно послал бы тумен или два в обход через горы, по заброшенной дороге. Чтобы ударили в тыл.

    - Вы выдающийся стратег, - язвительно сказал Асверус. - Почему тогда не вы командуете битвой? Хотя... В высших рассуждениях есть доля разумности. Но мы все равно ничего не можем поделать. Героически погибнуть - сколько угодно. А вот предотвратить возможную катастрофу? Это нет. Однако посмотрите, первая атака захлебнулась, и у меня создается впечатление, что мергейты растеряли большую часть своей решительности.

    - Решительности? - простонал Драйбен. - Решительность им придает отнюдь не жажда обрести победу в этой забытой всеми богами пыльной пустыне. Не забудьте, кто стоит за их спиной! Чудовище, монстр, чужеродная тварь, являющаяся виновником всей этой крови и способная влиять на разум людей! Они никогда не остановятся!

    - Все уши прожужжали, - недовольно отмахнулся Асверус. - "Тварь, чудовище, мы все умрем!" В данный момент я не вижу никакого другого противника, кроме грязных дикарей.