- Выбор шада, мягко говоря, не слишком удачен. - Вечером четвертого дня пребывания в Аласоре нардарец незадолго до наступления заката явился к сидевшему у костерка Асверусу. - Ну почему Даманхур не оставил войско у Дангарских гор? В случае неудачи всегда можно отступить на полуостров, а перевалы намертво закрыть.

    - Эрл, вы где шлялись полный день? - поинтересовался Асверус. - Ушли, едва рассвело, забрали моего коня... А теперь вернулись и каркаете, будто ворон на могильном камне.

    - Шлялся, - вздохнул Драйбен, присаживаясь на коврик. - Не шлялся, а исследовал место будущего сражения, это во-первых. Во-вторых, эта прогулка обошлась мне лет в десять жизни. Я сдуру сунулся на заброшенную дорогу, ведущую через кряж, и прокатился по ней лиги две или три.

    - Не вы первый, - отмахнулся сын кониса. - Лагерь переполнен слухами, будто в центре Аласора прячется заброшенный город неизвестной расы, полный сокровищ. Вы, случаем, не обзавелись трофеем?

    - Нет никакого города, - со знанием дела возразил Драйбен. Действительно, в самом центре кряжа тянется небольшая долина, я ее видел. Там - какие-то старинные руины. Масса песка, прореженного кустарником, столь же много щебня, покосившиеся колонны...

    - Из-за этих заметенных песком развалин вы потеряли десять лет жизни? съехидничал Ас-дерус. - Я думал, вы храбрее, эрл Кешт!

    - Не смешно. - Нардарец нахмурился и приложился к фляге с белым дангарским. - Так вот, дорога проходит как раз мимо заброшенного городища, огибая его с восхода. Вы, сударь, видели когда-нибудь завал из костей в полный человеческий рост высотой?

    - Нет, - покачал головой Лаур-младший. - Это находилось на дороге?

    - Совершенно верно. Я не решился спуститься в саму долину, благо конь заартачился. Всем известно, что животные чуют недобрую силу куда острее людей. Спасибо неразумной ездовой твари. Теперь представьте: небольшие песчаные барханы, тысячи каменных обломков, обработанных человеческой или нечеловеческой рукой, ветерок вздымает легкие вихри... Высушенные кусты, запах древности, несносно палящее солнце, белые плиты дороги - один к одному воспоминания обуянного романтическим чувством путешественника из среды богатых бездельников.

    - Красиво. - Лаур счел необходимым согласиться. - И что дальше?

    - Барханы двигаются, - полушепотом сказал Драйбен и поводил руками, изображая волны. - Это не иллюзия, созданная переносящим песчинки ветром, а нечто не виденное ранее человеком. Говорите - город? Скорее комплекс храмов или усыпальниц, некогда обнесенный стеной. Ее развалины еще можно заметить. Полдесятка сохранившихся статуй, правда вкопанных в песок по пояс. Может быть, это какие-то древние боги или идолы варварских племен, но очертания у скульптур абсолютно нечеловеческие. Двуногие псы, люди-птицы, поднявшиеся на задние лапы громадные ящерицы. Я долго изучал летописи минувших времен и не встречал ничего подобного.

    - Пустыня - замечательный страж для тайн прошлого, - глубокомысленно изрек Асверус. - Воздух сухой, кроме редких кочевников-джайдов сюда никто не заглядывает уже десять столетий... Мало ли что могло сохраниться со времен Золотого века? Кажется, вы упомянули двигающийся песок?

    - Именно. Можете посчитать меня сумасшедшим или горьким пьяницей, но, стоя над развалинами, я ощущал себя человеком, смотрящим с высоты на озеро, в которое бросили камень. Барханы постоянно перемещаются, нахлестываясь на окружающие скалы и разбивая о камень песчаные волны. В их движении нет никакой системы, это я точно заметил. Еще мне показалось, будто эти руины живые...

    - Не далее как два дня назад, - саркастично бросил потомок древнего владетельного рода и скривился, - вы меня убеждали в том, что пещера, выбранная Хозяином Небесной горы своим обиталищем, тоже живая.