* * *

    - Да, действительно любопытно... Никогда ничего подобного не видел. Прости за мои вчерашние несдержанные слова.

    - Ничего страшного. Если бы мне рассказали такое, я бы тоже не поверил. Мой дорогой Асверус, вам не кажется, что мы стоим на пороге, ведущем к одной из самых удивительных загадок нашего мира?

    - Этот порог ведет не к загадкам, а к неприятностям. Здесь все слишком... чуждо. Не думаю, что здесь обитали люди.

    - Тогда кто? Альбы?

    - Скорее всего, тоже нет. Я читал хроники: альбы любили дерево, а эти постройки каменные. Бессмертный народ вдобавок широко расселился на полуночи материка, и границы его владений теперь отмечаются окоемом Альбаканской пустыни. Обратите внимание на колонны, эрл, - они выглядят нарочито тяжеловесными и грубоватыми. - Как насчет двергов?

    - Смешно! Представьте себе дверга, кочующего по пустыне на верблюде! Раса подземных карликов никогда не возводила построек на поверхности.

    - Вы, как погляжу, неплохо осведомлены об истории нелюдей...

    - В замке отца неплохая библиотека. Взглядам Драйбена и Асверуса открывался великолепный вид на овальную неширокую долину, расположившуюся среди красноватых скал Аласора. Вымощенная пятиугольными плитами и отлично сохранившаяся дорога, ведущая из ниоткуда в никуда, сейчас спускалась вниз, изогнувшейся светлой змеей огибала руины, а затем вновь поднималась на полуразрушенный хребет уводя дальше, к полуденному закату и песчаным равнинам, предварявшим Дангарские горы.

    - Хотелось бы знать, - задумчиво начал Асверус, - как все-таки здесь обстоят дела с сокровищами? Драйбен, вы слышали историю, как смерды тана Виткова, расчищая пустоши под новые поля, обнаружили руины поселения альбов, датируемые нашими учеными мужами трехтысячным годом до начала нашей эпохи?

    - Слышал, - подтвердил Драйбен. - Это случилось, когда я еще не уехал в Аррантиаду, оставив поместье и всю прежнюю жизнь. Помнится, тан Витков в обмен на найденное золото и бесценные украшения приобрел у вашего отца Юс-тиния титул эрла, а потом одна из старинных драгоценностей свела его в могилу.

    - А, кольцо с ядом? - улыбнулся, припоминая, сын кониса. - Удивительно, как отрава могла сохраниться в перстне сорок столетий! Хотя я предполагаю, что сыночек новоиспеченного эрла попросту отравил богатого папашу и прибрал к рукам все заработанное гробокопательством богатство. Слухи об отравленных или проклятых сокровищах всегда несколько преувеличивают опасность. Объяснить все тайны можно очень просто: давними и неизбежными пороками человека. Жажда славы, власти и золота.

    - То есть, - вкрадчиво проворковал Драйбен, - вы хотите спустится вниз и покопаться в живом песке лишь ради трех вышеперечисленных причин? Не проще ли славу и богатство завоевать на поле боя, а власть... Асверус, титул кониса вам все равно не светит, хотя бы потому, что у вас множество старших братьев. Удовлетворитесь званиями эрла и тана владения Керново. Это же одна пятая общей площади Нардара!

    - Вам хорошо, - с притворной обидой бросил Асверус, не уставая оглядывать колышущиеся далеко внизу коричнево-красноватые барханы. - Вы всегда были единственным и любимым сыном, наследником серебряной короны, а по причине захо-лустности Кешта могли бы быть там и конисом, и кенигом, и шадом, и всем сонмом богов одновременно. Главное - вовремя платить налоги моему отцу. А я? Самый младший сын в семье, которому лишь по праву наследования сунули занюханный Кернов... Одна пятая Нардара! Половина болота, четверть леса, остальное горы! Два города, шесть замков, четыре десятка деревень, и все это разваливается на глазах, потому что жить в провинции никому не хочется! Знаете, что Кернов уже с полсотни лет не приносит дохода казне, как ты ни бейся? Юстинию, наоборот, приходится выделять серебро ради того, чтобы мы хоть как-то выжили.