— Ладно, — согласился Игорь. — Ждём.

Ребята ушли. Мы же, оставшиеся, неотрывно смотрели на плащ-палатки.

— Ущипните меня… — тихо сказал Серёжа, вздохнув.

Игорь, недолго думая, ловко ухватил его за предплечье и сильно ущипнул.

— Но ты, блин! — прошипел Серёжа.

— Сам просил, — резонно заметил я. — Чего жалуешься.

— Ладно, — вздохнул Гуменюк. — Полегчало вроде. Спасибо.

— Обращайся, — кивнул Скопцов.

Наконец, из котельной показался Дукин.

— Всё в порядке, — шепнул он. — Затаскивай!

Мы не стали дожидаться, пока вернётся Семён. Очень уж хотелось побыстрее всё это закончить.

Внутри было душно и сумрачно. Зловеще светилась красным открытая топка единственного работающего котла. Других источников света внутри не было.

Мы подошли вплотную к котлу и положили плащ-палатки с телами на железный пол.

— Ну что? Сейчас или Сеню дождёмся? — спросил Дукин, зловеще ухмыляясь.

— Надо дождаться бы… — ответил Скопцов. — Лучше сначала облить хорошенько, а потом уже запихивать. Эффективнее будет. А то, если снаружи лить будем — только с одного конца достанем.

— Разумно, — с умным видом кивнул Серёжа.

— Стойте! — снова заговорил Вова. — Надо же ножи их грёбанные достать! Там же сталь, фиг сгорит, а?

— Надо, — кивнул я, сетуя на себя, как мог забыть об этой детали.

— Достанешь? — с надеждой глядя на меня, спросил Вова.

Я поглядел на мальчишек.

И без того виноват перед ними, так ещё и заставлять делать это… нет уж, лучше сам.

— Достану, — кивнул я.

Из горла кинжал вышел легко. Только кровь снова начала медленно вытекать, впитываясь в одежду трупа на груди.

— Блин, надо было сначала Сеню дождаться… — сказал Серёжа. — Кровь с пола надо убрать будет.

Словно в ответ на его слова в помещение, ступая тихонько, на ципочках, вошёл Семён. В каждой руке он держал по прямоугольной жестянке с напалмом.

— Добыл? — снова ухмыляясь, спросил Дукин.

— Как видишь… — ответил Семён. — А вы что делаете?

— Извлекаем вещественные доказательства, — ответил я.

— Ясно, — кивнул Семён. — Ну, извлекайте.

Он поставил жестянки на пол и начал открывать их специальным ключом.

Я же попробовал достать кинжал из грудины второго боевика. Это оказалось неожиданно тяжело: даже представить сложно, как тщедушный Дукин смог развить такую силищу.

Наконец, я справился. С чавкающим звуком кинжал вышел. Булькнула кровь, вышел большой сгусток.

Серёжа схватился за рот и согнулся.

— Не вздумай! — прошипел Вова.

Но Серёжу было уже не остановить. Единственное, что он мог сделать, это подбежать к топке и проблеваться туда, внутрь.

Послышалось шкворчание; запахло палёной едой. Я сам почувствовал, что к горлу подкатывает комок.

— Знаете, только не!… — начал было я, но меня перебил Семён.

— Ни слова, Иванов! — он поднял в воздух указательный палец левой руки. — Ни слова!

Остальные стерпели.

— Ладно, — кивнул Семён после паузы. — Заливаем?

— Угу, — кивнул я. — Сначала этого, — я указал на боевика, которого убил сам.

Семён поднёс жестянку и начал аккуратно наносить горючий гель на одежду убитого.

— А с плащ-палатками что делать? — спросил он.

— Постираем, — ответил Дукин.